Гражданское общество для государства или для граждан?
Владимир Римский
(В. Л. Римский, заведующий отделом социологии Фонда ИНДЕМ)


Сильное, слабое, несуществующее?
Ни в современной науке, ни в политической практике пока нет общепринятого определения понятия "гражданское общество", но оно постоянно используется в практике российской политики и в публикациях средств массовой информации. А поскольку лоббисты различных интересов продвигают в сознание граждан разные представления о гражданском обществе, у представителей разных социальных групп формируется различное их понимание. В связи с этим единое понимание в российском обществе роли, места и значимости деятельности гражданского общества пока отсутствует.Я Даже само существование гражданского общества в России нередко подвергается сомнениям, как правило, исходящим от представителей органов власти. Именно они чаще всего описывают российское гражданское общество как слабое, неспособное решать важнейшие проблемы граждан, а способное - в лучшем случае! - быть партнером государства в отдельных социальных проектах. Представители негосударственных объединений граждан, напротив, описывают гражданское общество России как вполне самостоятельное, способное без участия государства решать многие общественные проблемы. Доля истины, по-видимому, есть в обеих позициях. Но различия в оценках способствуют манипуляциям сознанием граждан, выгодным органам государственной власти. Ведь если считать гражданское общество способным решать общественные проблемы, то государство может считать себя вправе отказаться от многих своих социальных обязательств и предложить их исполнение структурам гражданского общества. Нередко в России эта стратегия приводит к попыткам органов государственной власти провести плохо подготовленные реформы, реальные последствия которых не ясны ни властям, ни гражданам. При этом государство, так или иначе, вынуждает структуры гражданского общества заниматься адаптацией граждан к последствиям этих реформ. И еще не было случая, чтобы гражданское общество сумело навязать государству какие-то реформы или методы их проведения. Если признать гражданское общество слабым, неспособным обеспечить свою саморегуляцию, то органы государственной власти могут считать себя вправе вводить собственный контроль деятельности объединений граждан, вводить законодательно и в практике государственного управления систему разрешений на проведение массовых мероприятий, на финансирование объединений граждан из-за рубежа и российским бизнесом, довольно жесткий налоговый контроль деятельности объединений граждан и т. п. Такое положение существенно повышает риск попадания структур гражданского общества в зависимость от органов власти и от крупного бизнеса. А эта зависимость нередко приводит к подменам общественных проблем, которыми занимаются структуры гражданского общества, теми проблемами, которые выгодны органам власти и крупному бизнесу.

Откуда берется разница приоритетов?
Гражданское общество как совокупность объединений граждан имеет свои приоритеты и интересы, отличающиеся от приоритетов и интересов граждан. Причина в том, что лидеры гражданского общества, руководители организаций имеют свои интересы во взаимоотношениях с органами власти, зачастую не соответствующие интересам граждан. Занятые конкретной практической деятельностью, они не всегда задумываются о том, должны ли они и в каком качестве участвовать в решениях общих проблем больших групп населения. Такие общественные проблемы чаще всего представляются лидерам общественных объединений слишком объемными, требующими непомерных дополнительных усилий и ресурсов, в том числе и финансовых. Причем то, что результатами достигнутого решения общественной проблемы смогут пользоваться и те организации, и даже отдельные граждане, которые никак не участвовали в процессе обеспечения решения, является, с точки зрения лидеров, скорее минусом. Кроме того, руководителям и активистам общественных объединений чаще значительно легче найти способ решения своих частных проблем, чем добиться, чтобы аналогичные проблемы были решены для всех или для большинства организаций. Такой характер взаимоотношений общественных объединений с органами власти очень часто сочетается с эксклюзивными отношениями лидеров гражданского общества с руководителями тех или иных органов власти.

Вне политики
Описанное отношение руководителей и активистов общественных объединений к общественным проблемам приводит к низкому уровню влиятельности гражданского общества в российской политике. Структуры гражданского общества явно проигрывают в силе лоббирования российской бюрократии, крупному бизнесу, военно-промышленному комплексу России и даже коррупционным интересам отдельных чиновников, деятелей культуры, спорта и другим. В системе принятия государственных решений России действует принцип: чем сильнее лоббисты тех или иных интересов, тем проще им добиваться принятия государственных решений в своих интересах, а чем слабее - тем труднее. Поскольку гражданское общество является слабым лоббистом общественных интересов, его лидеры и активисты, чаще всего, не допускаются к обсуждению законопроектов и проектов управленческих решений на этапах их формулирования и выбора вариантов. Если лидерам активистам гражданского общества и удается принимать участие в принятии законопроектов, то только в комитетах и комиссиях законодательных органов, когда концепции законопроектов и варианты предлагаемых ими норм уже определены. В сложившейся ситуации источниками норм принимаемых и действующих в России законов является исключительно государство, точнее, его руководители. Причина в том, что и бизнес, и гражданское общество в нашей стране оказались либо подчиненными органам власти соответствующих уровней, либо внесистемными, не влияющими на принятие государственных решений. И поскольку государственные решения принимаются при слабом участии представителей гражданского общества, социальные реформы не достигают заявленных в них целей.

Главный конструктор
Вследствие слабости лоббирования со стороны гражданского общества и разрушения системы представительства гражданских интересов российская социальная политика явно разделилась на отдельные социальные проблемы или группы проблем со своими агентами и лоббистами. Самые сильные лоббисты получают в таких условиях возможности навязывать и государству и гражданам свои представления и права на решения социальных проблем, в которых они заинтересованы. Эти социальные проблемы фактически конструируются самими агентами и лоббистами с помощью проведения социологических исследований, экспертиз, формирования прогнозов и стратегий, а также интерпретаций их результатов в средствах массовой информации и другими методами. Конструирование некой "социальной проблемы" нередко проводится с целью представить ее как весьма актуальную, но имеющую единственно возможный эффективный способ решения. Осознанно или неосознанно целями деятельности подобных агентов и лоббистов становится монопольное или почти монопольное распоряжение общественными ресурсами, необходимыми для решения их "социальной проблемы". Такими ресурсами могут быть финансовые средства бюджетов различных уровней, благотворительные средства, спонсорская помощь, кредиты, гранты, в том числе иностранных и международных организаций и т.п. Наиболее влиятельными негосударственными лоббистами в России являются представители крупного бизнеса, поскольку они распоряжаются наиболее значимыми для государства ресурсами. Но и они вынуждены подчиняться государству в области символического производства концепций, идеологий, стратегий и программ решения проблем. Именно с помощью производства идей и концепций государство обращает внимание общества на "социальные проблемы", формулирует их сущность и содержание, определяет социальные группы, проблемы которых необходимо решать, обращается затем к профессиональному сообществу экспертов для обоснования постановок таких проблем и вариантов их решений. Именно после того, как та или иная проблема признается "социальной" теми или иными государственными инстанциями, она получает обоснование необходимости затрат тех или иных общественных ресурсов на ее решение, обоснование соответствующего финансирования, материального обеспечения, правового регулирования и т.п. Демонстрируемые государством обществу "социальные проблемы" на самом деле не всегда таковыми являются. Нередко государство формулирует такие проблемы и осуществляет их решения не так, как это выгодно гражданам, а так, как это выгодно государственной бюрократии.

Бюрократы делают не то, что нужно, а то, что умеют
Вся система государственного управления строится в России как бюрократическая. А бюрократическая система всегда предлагает собственные схемы интерпретации и модели поведения всех граждан государства, включая и высших должностных лиц. Эти схемы и модели более или менее полно отображаются в документах, совокупность которых, по сути, формирует своеобразную бюрократическую реальность. Именно документы в соответствии с бюрократическими нормами и правилами структурируют социальные факты и фиксируют определенные схемы интерпретации не только поведения граждан, но уже и самой действительности. В своей деятельности чиновники всех уровней управления не только подменяют объективную реальность ее канцелярской версией, зафиксированной в документах, но и весьма успешно навязывают это свое представление о реальности политикам, журналистам, а через них и большинству граждан. И этой канцелярской реальности вынуждены подчиняться все граждане и все юридические лица. И только в этой канцелярской реальности государство через свои органы власти и управления допускает обсуждения социальных проблем. Попытки обсуждений реальных социальных проблем, вариантов и ресурсов их решений, иногда предлагаемых общественными объединениями, российская бюрократия пока довольно успешно представляет несостоятельными, непрофессиональными. В большинстве обсуждений социальных проблем представители гражданского общества оказываются слабее чиновников и подчиняются навязываемым им канцелярским решениям в ущерб реальным.

Национальные бюрократические проекты
Одним из примеров бюрократического подхода к решению социальных проблем являются инициативы Президента РФ по реализации крупных национальных проектов в социальной сфере. Социальная сфера в постсоветской России всегда рассматривалась как исключительно затратная для государственного бюджета. Более приоритетным считалось развитие экспортных отраслей экономики, потому что они пополняют бюджет. Когда Владимир Путин предложил изменить приоритеты развития страны, высказавшись за повышение качества жизни граждан и развитие человеческого капитала, он, фактически, предложил приблизить систему бюрократического управления страной к общемировым приоритетам в управлении государством. Крупные национальные проекты в социальной сфере отличаются от привычных для российских чиновников целевых программ уровнем ответственности. За целевые программы отвечало всегда профильное министерство или ведомство, а за выполнение крупных национальных проектов отвечает все правительство РФ, а координирует его деятельность по их выполнению созданный в октябре 2005 года Совет при Президенте РФ по реализации приоритетных национальных проектов. Но ни в первом представлении членам правительства, руководству Федерального Собрания и членам президиума Государственного совета России 5 сентября 2005 года, ни в последующих публичных выступлениях Президент РФ Владимир Путин не описал уровни рисков и возможные угрозы успешной реализации, как выразился Владимир Путин, "приоритетных национальных проектов в таких областях, как здравоохранение, образование, жилье". И в дальнейшем ни такие риски, ни конкретные способы противодействия возможным угрозам публично не обсуждались. А ведь такие риски и угрозы могут стать существенными помехами в реализации социальных инициатив Президента РФ. Гражданское общество оказалось неспособным заставить органы государственной власти публично обсудить эти риски и угрозы, т.е. подчинилось решениям, исходящим из канцелярской реальности. Государственное управление, озабоченное повышением уровня жизни граждан, должно вовлекать их самих в обсуждение и реализацию соответствующих национальных проектов. Такие обсуждения показали бы гражданам достоинства и недостатки этих проектов, возможности усиления их достоинств и противодействия недостаткам. В обществе появилось бы больше ясности в целях государственной политики и в том, что она конкретно будет приносить каждому гражданину. И тогда национальные проекты выполнялись бы усилиями большинства граждан, обществом в целом. В нынешней же ситуации сами органы государственной власти будут решать, на что и в каких объемах тратить финансовые ресурсы страны. И такие затраты с большой вероятностью не станут инвестициями в социальную сферу, т.е. не принесут впоследствии такого развития ее ресурсов, которое в дальнейшем будет хотя бы частично обеспечивать ее саморазвитие. Фактически, выполнением предложенных Президентом РФ национальных проектов должны заниматься исключительно чиновники, а от граждан никакой поддержки этих проектов не потребуется. Российское государство, не включая граждан в обсуждение национальных проектов, приучает их к иждивенческой позиции, к требованиям ресурсов своего развития от государства.

Что можно сделать?
Возможности объединений граждан изменить сложившуюся в социальной сфере ситуацию существенно зависят от того, появится ли в гражданском обществе согласие по приоритетам лоббирования общественных интересов в органах государственной и муниципальной власти. Пока российское гражданское общество настолько дифференцировано в своих интересах и приоритетах, что никакое лоббирование общественных интересов не может быть эффективным. Органам государственной власти всегда удается найти в гражданском обществе сторонников своих позиций в социальной сфере, как бы они ни отличались от позиций большинства граждан. Для обеспечения реальных решений социальных проблем объединениям граждан могло бы помочь проявление большей активности в формировании сущности и содержания таких проблем, в навязывании органам государственной власти своих представлений о социальной сфере, своих интересов и приоритетов в финансировании социальных проектов и программ в противовес представлениям, исходящим из канцелярской реальности. Негосударственные организации с теми же целями могли бы проводить исследования и гражданские экспертизы как своих, так и государственных проектов и программ. Гражданское общество могло бы постоянно добиваться от органов власти оценок рисков и прогнозов последствий реализации каждого их социального проекта и программы. В этих исследованиях и экспертизах можно было бы отбирать и готовить профессионалов, способных объективно изучать социальную реальность, на равных дискутировать с чиновниками по вопросам адекватности и неадекватности их канцелярской реальности социальной действительности. Объединения граждан могли бы с помощью исследований и экспертиз содействовать достижению системности в постановках и решениях социальных проблем. В отсутствие такой системности и органы власти, и структуры гражданского общества будут решать важные, но лишь отдельные социальные проблемы, системность будет еще больше нарушаться, и положение в социальной сфере России будет не улучшаться, а ухудшаться. И, конечно, гражданскому обществу желательно вовлекать самих граждан в обсуждения и решения социальных проблем. Иначе даже самые замечательные проекты и программы будут отвергаться нашими гражданами, потому что они не будут считать их своими, а будут ждать от каких-то внешних сил решений этих проблем. А ведь вряд ли следует сомневаться в том, что целенаправленная активность даже небольших объединений граждан может существенно изменить ситуацию в российском обществе!



Пчела #48 (октябрь-декабрь 2005)



 



Перейти на главную История создания журнала Адресная книга взаимопомощи Об интересных местах Об интересных людях Времена Многонациональный Петербург Клубы и музыка Прямая речь Экология Исторический материализм Метафизика Политика Правые Левые Благотворительность и третий сектор Местное самоуправление Маргиналии Дети и молодежь Наркозависимые Бывшие заключенные Глухие Слепые Люди в кризисной ситуации Душевнобольные Алкоголики Инвалиды-опорники

© 1996-2013 Pchela

Письмо в "Пчелу"