ТОЛЬКО ХОРОШИЕ НОВОСТИ

Бальдур Назаров


Не знаю, как вы, а я совершенно не выношу, когда битком набитый поезд метро вдруг останавливается в темном туннеле между станциями. Становится тихо и неуютно. Люди замолкают и настороженно ждут, когда вновь зашумит и поедет. Дискомфортно - до жути.

Каково же было мое удивление, когда обнаружилось, что этот дискомфорт почти полностью исчезает, если машинист берет на себя труд сказать, с чем связана остановка и сколько примерно она продлится. (К сожалению, происходило это не в питерской, а в ганноверской подземке.)

Вокруг этого факта можно городить разные огороды, начиная от права граждан на информацию и кончая пост-модернистским дискурсом, но меня в настоящий момент волнует аспект эффективности управления.

Исследования последних четырех десятилетий подтвердили цифрами размышления умных людей (в частности Николо Макиавелли), которые еще примерно четыре века назад склонялись к предположению, что преуспеяние или крах социальных установлений зависит от характера граждан, иначе говоря - от их "гражданской добродетели".

Позволю себе обширную цитату из замечательной книжки Роберта Патнэма "ЧТОБЫ ДЕМОКРАТИЯ СРАБОТАЛА"1

, в которой рассказывается о результатах исследований становления регионального самоуправления в Италии в 70-80-х годах прошлого, то бишь двадцатого, века.

"В некоторых регионах Италии множество хоровых обществ, футбольных команд, кружков любителей птиц и отделений "Ротари-клуба". Большинство граждан этих регионов, ежедневно читая газеты, живо интересуются местными делами и проблемами. По важнейшим общественным вопросам они имеют собственное мнение, им чужда зависимость типа "патрон - клиент". Жители здесь доверяют друг другу и подчиняются закону, и их лидеры сравнительно честные люди. Они верят в народное представительство и предрасположены к компромиссам с политическими оппонентами. Как рядовые граждане, так и лидеры считают равенство естественной вещью. Социальные и политические связи организованы горизонтально, а не иерархически. Сообщество ценит солидарность, гражданскую вовлеченность, сотрудничество и честность. Правительство работает. Стоит ли удивляться поэтому, что люди, живущие в этих регионах, довольны жизнью?

На другом полюсе - "негражданственные" регионы, пораженные болезнью, которую французы называют "incivisme"2

. Общественная жизнь в них организована иерархически, а не горизонтально. Само понятие "гражданин" здесь непопулярно. С точки зрения "рядового" обывателя, политика - это дело кого-то другого, i notabili, "боссов", - но не его собственное. Не многие люди выражают свое мнение по социально значимым вопросам, да это и не слишком часто от них требуется. Общественные и культурные ассоциации здесь едва дышат. Участие в политике определяется личной зависимостью или корыстью, но отнюдь не стремлением к коллективному благу. Коррупция считается нормой даже среди самих политиков, отношение их к демократическим принципам вполне цинично. Слово "компромисс" имеет только негативный смысл. Почти все они единодушны в том, что законы созданы для того, чтобы их нарушали. Поэтому, боясь беззакония со стороны 6лижних, люди требуют "твердой руки". Попав в этот порочный КРУГ, БУКВАЛЬНО каждый чувствует себя бессильным, угнетенным и несчастным. Следовательно, не удивительно, что представительная власть в этих местах работает менее эффективно".

Не правда ли, второй полюс представляет собой что-то до боли знакомое?

Для того чтобы разорвать вышеупомянутый порочный круг, необходимы совместные усилия власти и общества по наращиванию (боюсь, что в нашем случае - от нуля) так называемого социального капитала. (Желающих понять, что это такое, отсылаю к тому же Роберту Патнэму).

Один из самых первых шагов, которые может сделать власть, - это шаг на открытое "информационное поле".

Кажется, по субботам, в утреннем радиоэфире реет передача "Только хорошие новости", куда звонят горожане и делятся той или иной радостной информацией (не могу сказать, чтобы звонков было особенно много). Недавно я поймал себя на желании позвонить туда и сообщить хорошую новость об утверждении "Временного перечня целевых ориентиров и пороговых значений показателей жизнедеятельности Санкт-Петербурга" (правда, произошло утверждение еще в декабре, но мне-то стало известно о нем только из январской рассылки пресс-центра Администрации).

Цитирую: "Перечень разработан с целью обеспечить органы государственной власти Санкт-Петербурга официальной системой ориентиров устойчивого развития города. С его помощью не только специалист, но и каждый петербуржец сможет судить о развитии города.

Перечень включает 29 показателей, сгруппированных по трем направлениям: макросоциальные, макроэкономические и экологические. Индикаторы характеризуют демографические процессы, здоровье населения, образование, безработицу, потребление, социально-экономическую дифференциацию населения, преступность, производство, бюджет города, состояние атмосферы, воды и зеленых насаждений.

Целевой ориентир отражает целевую установку на среднесрочную перспективу развития города. Целевые ориентиры не являются плановыми. Они служат основой для оперативного и стратегического планирования социально-экономического развития.

Пороговое значение - предельно-критическая величина показателя, характеризующая границу между безопасной и опасной областями функционирования какой-либо сферы и сигнализирующая о необходимости неотложного вмешательства органов государственной власти для коррекции опасной ситуации".

При желании из этой информации можно настричь даже не одну хорошую новость, а несколько (например, что власти Санкт-Петербурга хотят ориентироваться на устойчивое развитие), но больше всего меня обрадовало то, что власти намерены (или, по крайней мере, декларируют такое намерение) информировать население о результатах социально-экономической политики, ими проводимой. Причем информировать не посредством туманных высказываний о решенных проблемах или, напротив, лавины бессвязных цифр, а посредством вполне понятных численных показателей. То есть, если еще и не сделали тот самый "первый шаг", то, по крайней мере, - занесли ногу.

А если вернуться к тому, с чего я начал, то, возможно, у нас у всех появился шанс, что при остановке в туннеле нам объяснят, что происходит, а не будут ждать, пока обезумевшие граждане начнут крушить стекла вагонов.


Пчела #4(41) (январь-апрель 2003)



 



Перейти на главную История создания журнала Адресная книга взаимопомощи Об интересных местах Об интересных людях Времена Многонациональный Петербург Клубы и музыка Прямая речь Экология Исторический материализм Метафизика Политика Правые Левые Благотворительность и третий сектор Местное самоуправление Маргиналии Дети и молодежь Наркозависимые Бывшие заключенные Глухие Слепые Люди в кризисной ситуации Душевнобольные Алкоголики Инвалиды-опорники

© 1996-2013 Pchela

Письмо в "Пчелу"