ДОХЛАЯ СОБАКА И ТОЛКОВЫЙ СЛОВАРЬ ЧИНОВНИКА

Александр Славин


Наверное, если заглянуть в какой-нибудь из уютных и тихих чиновничьих кабинетов, то там, помимо других любопытных вещей, где-нибудь в укромном уголке стального сейфа хранится интереснейшая книга, о которой мало кто знает - чиновничий толковый словарь. Если бы мы смогли заглянуть в него, то узнали бы множество интересных вещей о том, что на самом деле скрывается за словами "приватизация", "олигархи" и т.д. Или открыли бы его на букве "Р" и посмотрели, как объясняется для чиновников слово "реформа". И там, без сомнения, было бы написано: "Реформа - это постоянное повышение цен на какую-нибудь услугу с одновременным пропорциональным ухудшением качества этой услуги". Сомневаетесь? Тогда вспомните, не так ли обстоит дело с реформой транспорта, с реформой медицины, и, разумеется, с реформой жилищно-коммунальной сферы.

Итоги деятельности жилищно-коммунальных служб даже самого закоренелого оптимиста приводят в уныние. Давешней зимой воскресным утром я шел по Невскому около Пушкинской улицы и на снегу тротуара обнаружил слегка припорошенную собаку. Это была тихая, мирная, незлобивая собака, лежавшая на том месте, по моим прикидкам, с ночи. Вечером того же дня я был близ Московского вокзала и не поленился сделать крюк, чтобы посмотреть, как там у собаки дела. Собака была на том же месте, только ее еще немного присыпало снегом. Минимум двадцать часов в центре города, на главной его артерии лежала мертвая собака, и коммунальные службы не удосужились ее убрать. Не хотелось бы излишне сгущать краски в преддверии великого юбилея, но тот факт, что в центре культурной столицы Европы (а то и подымай выше - мира!), на центральной транспортной артерии, аккурат между пятизвездочным отелем "Невский палас" и Московским вокзалом, главным терминалом города, лежит дохлая собака, несколько обескураживает. За другим примером ходить далеко не надо: в конце декабря торжественно открылся после ремонта Троицкий мост. За пару дней до этого знаменательного события я проходил мимо Академии культуры со стороны Марсова поля. Занося ногу на поребрик, я увидел возле него сбитую машиной кошку. "Жалко животное, - подумал я, - но такова жизнь". Спустя две недели кошка по-прежнему лежала на том же месте, только ее слегка подморозило. Не поленитесь, сходите, посмотрите, она, скорее всего, и сейчас там лежит.

Каждое изменение климата для питерских коммунальных служб - стихийное бедствие. В дождь оказывается, что ливневая канализация забита мусором, и по улицам и проспектам разливаются огромные лужи. Летом стоит теплая погода, но так как улицы поливать коммунальщикам недосуг, то спутником лета в нашем городе являются пыльные бури. О зиме даже заикаться страшно.

Но даже тогда, когда коммунальные службы берутся за дело, результата можно ждать очень долго. Подчас думаешь даже, что лучше бы они вообще ни за что не брались. Посреди лета кого-то из коммунального начальства осенило - а не выпустить ли на улицы поливальные машины?! Сказано - сделано. И вот такая поливальная машина рулит по узкой улочке. Напор воды - будь здоров, так что грязи, изобильно лежащей по краям дороги с весны, не сдобровать. Поток воды летит к поребрику! Ура! Но что это? Никто не озаботился судьбой припаркованных возле тротуара автомобилей. Фонтан грязи вырывается из-под днища одной машины. Бах! Белый "фольксваген" мгновенно стал грязно-серым! Вот порадуется владелец! А что касается грязи, то она осталась грязью, пусть ее даже слегка разбавили водой, и осталась она на прежнем месте. В какой-нибудь другой стране перед поливальной машиной идут дворники с метлами, убирающие мусор перед тем, как дорогу обдадут водой. Но у нас все происходит согласно анекдоту о трех рабочих, первый из которых должен выкапывать канаву, второй - класть трубу, а третий - закапывать канаву. Но так как второй рабочий заболел, то первый и третий работают впустую.

Ничуть не менее ловко действуют коммунальщики в рукопашном бою с грязью. Как-то зимой на набережной Невы между Троицким мостом и Зимней канавкой имел возможность наблюдать работу двух неторопливых тружеников. Номер первый изящно кидал собранный на набережной грязный снег через гранитный парапет в Неву. Номер второй чуть менее изящно, но так же неторопливо спихивал свою долю снега под колеса машин. Грязь, попадавшая в Неву, там и оставалась, еще больше загаживая и без того мутную воду. Куда более интересна судьба той грязи, которую выбрасывали на проезжую часть. Она, нисколько не задерживаясь на новом месте, летела обратно на тротуар в виде фонтанов грязных брызг. К слову, смешанная с пролитым топливом, грязь с улицы, попавшая на одежду, не выводится никаким "Ариэлем". Но дворников это мало заботило, ведь им-то новую спецодежду выдадут в срок, так что четырехрукий комбайн продолжал неторопливое движение вперед. Ближе к полудню на улицах появилась первая техника в лице - нет, не снегоуборочных комбайнов, как подсказывала бы логика - в лице ЗИЛа, оснащенного бульдозерным ножом. С помощью этого нехитрого устройства машина ловко отправляла сброшенную дворниками с тротуара жижу на дорогу. Один проезд, и вся грязь, скопившаяся возле поребрика, в мгновение ока оказалась посреди проезжей части, откуда трудами автомобилистов начала разлетаться в разные стороны. Жить интереснее и веселее стало не только пешеходам, но и автомобилистам. А коммунальщики вдобавок к удовольствию от результата проделанной работы смогут отчитаться о значительном количестве машино-выездов.

Что касается оплаты такого, если можно выразиться, "труда". Недавно я узнал, что руководителя моего дипломного проекта утвердили в должности заведующего кафедрой. На утверждении его кандидатура рассматривалась весьма тщательно - были приняты во внимание его многолетний стаж преподавания, звание доктора наук, большое количество опубликованных статей. После утверждения в должности заведующего кафедрой - фактически руководителя научного направления - его заработная плата стала равняться 2500 рублям (двум тысячам пятистам рублям). И в самом деле, чего это дворнику трудиться за 3500, когда профессор получает в полтора раза меньше. Несомненно, надо и дальше повышать заработную плату работникам жилищно-коммунальной сферы, ведь они так надрываются за такие жалкие деньги...

И все же, не скрою, приятно подчас ощущать себя коренным жителем Питера, ловким и внимательным, приспособленным к жизни индивидуумом. Совсем недавно я испытал это чувство неподалеку от всемирно известного Эрмитажа. Картина маслом: зима, набережная между Зимней канавкой и Дворцовым мостом, кучка туристов. Бедолаги, видимо, хотели дойти до перехода напротив центрального входа в музей, но никак не могли решиться отправиться в путь: разумеется, вся набережная представляла собой громадный каток. Менее дисциплинированный человек попробовал бы перебежать дорогу прямо возле Зимней канавки, но иностранцы, видимо, были законопослушными людьми. Я, разумеется, был готов к путешествию по городу лучше, чем они, и, ловко удерживая равновесие, - вот что значит три десятка лет тренировки - затопал по ледяной корке армейскими ботинками на рифленой подошве, специально приобретенными для прогулок по культурной столице. Метров через сорок я оглянулся - что там с беднягами? Надо было видеть те восхищенные взгляды, которые на меня бросали боязливые туристы.

Скоро, очень скоро коммунальщикам вкупе с чиновниками удастся добиться своего, и питерца в других городах будут узнавать не столько по опрятному виду и культурным манерам, сколько по определенному облику. Облик этот будет продуктом отбора по системе Дарвина - ведь еще немного, и выживать будут только особи, способные смотреть разными глазами в разные стороны - один глаз, например, внимательно следит за происходящим вверху (сверху может брякнуться сосулька), а второй не менее внимательно разбирает, что творится под ногами.

В качестве резюме скажу следующее. Не так давно, комментируя решение Уставного суда Петербурга, не разрешающее В.А. Яковлеву выставлять свою кандидатуру на третий срок, зам. нашего градоначальника Анна Маркова сказала, что это, дескать, пощечина горожанам. Я хочу сказать, что работа жилищно-коммунальных служб - вот пощечина горожанам. Грязь на улицах и во дворах (а зимой реальностью становятся еще и гигантские грязные лужи даже на Невском) - вот пощечина горожанам. Несообразные со здравым смыслом и реальным объемом услуг счета за жилплощадь - вот пощечина горожанам. Как ни крути, получается, что все пребывание Яковлева на посту губернатора - одна сплошная пощечина горожанам. Не пора ли жителям Санкт-Петербурга начать реагировать на оскорбление?


Пчела #4(40) (октябрь-декабрь 2002)



 



Перейти на главную История создания журнала Адресная книга взаимопомощи Об интересных местах Об интересных людях Времена Многонациональный Петербург Клубы и музыка Прямая речь Экология Исторический материализм Метафизика Политика Правые Левые Благотворительность и третий сектор Местное самоуправление Маргиналии Дети и молодежь Наркозависимые Бывшие заключенные Глухие Слепые Люди в кризисной ситуации Душевнобольные Алкоголики Инвалиды-опорники

© 1996-2013 Pchela

Письмо в "Пчелу"