НЕМНОГО ГИПНОЗА В ХОЛОДНОЙ МОСКВЕ (ВОДЕ)

Елена Белокурова,


Сколько было написано в разного рода средствах массовой информации о подготовке Гражданского форума, столько же последовало и комментариев о его итогах. И точно также диаметрально противоположных. Как не раз отмечалось на самом Форуме, главным образом, самими организаторами и представителями НКО, такое повышенное внимание со стороны прессы и политиков - это уже большой прогресс. Пресса и власть действительно "открыли для себя страну". Что, впрочем, стало ясно уже до начала самого Форума. И если это единственный результат, к которому стремились, то Форум можно было не проводить.

Но его провели, и результаты нужно оценивать уже не столько по тому, что о гражданском обществе написано, сколько по тому, что было сказано на самом Форуме и к чему привела первая попытка переговоров гражданского общества ("которое, как выяснилось, все-таки существует") и федеральных властей. Именно - федеральных, поскольку на региональном и местном уровне такие переговоры, как это ни странно, ведутся уже давно, хотя и с разной степенью эффективности.

А эти результаты довольно неоднозначны - потому и комментарии столь противоречивы. Свое выступление на открытии Форума Глеб Павловский начала с высказывания: "Мы опоздали с проведением Форума лет на десять". Действительно, в возможность диалога не верил никто - ни те, кто за это время поднялись до невиданных высот власти, ни те, кто все это время оставались в оппозиции. Потому и цели, и стиль, и представления были у них разными.

Это касается и оценок того, что произошло на Форуме. Если для представителей власти это были либо встречи с "электоратом", либо попытки "построить" гражданское общество или (нельзя полностью исключать эту возможность!) заручиться поддержкой общества при проведении реформ, то представители НКО воспринимали это или как попытку действительно их "построить", или радовались тому, что они в Кремле и их слушают, и использовали эту уникальную для них возможность для своих вопросов тому, кого они видели до сих пор только по телевизору. Если отбросить эту последнюю, естественную для любого обычного человека реакцию, то вопрос можно поставить так: а действительно ли пыталась власть "построить" общество и насколько ей это удалось?

Многое говорило в пользу этого: место проведения - Большой Кремлевский дворец съездов, массовость, торжественность, громкие слова, ораторы самого высшего уровня - об этом и мечтать не могли представители третьего сектора. Они долго плутали по коридорам власти, стучались в закрытые двери, писали письма и никогда не получали ответа. И потому такой неожиданный прием небезосновательно вызвал подозрения: что случилось, откуда этот "поворот все вдруг"?

Однако, несмотря на все это, после пленарного заседания зародилась надежда. Как отмечали многие, формат Форума был продуман и нацелен на эффективность: участники Форума разделились на дискуссии по более специальным блокам вопросов (всего их было 21), которые затем, в свою очередь, расходились на 4-5 круглых столов по еще более узким темам. От круглых столов выбирались представители на так называемые "переговорные площадки" с властями (было задумано 34 площадки, но сколько из них в действительности состоялось, выяснить не удалось). Представители власти разного уровня появлялись на этих мероприятиях довольно неожиданно: на дискуссиях один на один с аудиторией вдруг оказывались чиновники довольно высокого ранга - министры, депутаты Государственной Думы, почему-то Сергей Кириенко, а в группе по информационному обеспечению НКО - сам Александр Волошин, да еще с Глебом Павловским. Круглые столы были отведены под внутреннее обсуждение третьим сектором своих проблем и попытке прийти - насколько это возможно - к общему мнению. "Переговорные площадки" состоялись уже в самих коридорах власти - в министерствах и ведомствах, с присутствием многочисленных чиновников. В администрацию Президента пустили лишь "проверенных" представителей НКО - членов оргкомитета.

Конечно, иначе как через распределение участников Форума по группам обсуждения получиться просто не могло. Но для многих участников такой формат оказался слишком сложным: пытаясь попасть на несколько дискуссий или круглых столов, они теряли нить обсуждения или терялись физически - большинство дискуссий проходило в разных местах города. Как следствие, у них возникало чувство, что их обманывают. У тех же, кто попал на дискуссии, это чувство тоже нередко возникало, вследствие ли того, что им не давали говорить или давали говорить недостаточно, или вследствие того, что их не слышали.

Наиболее показательной в этом смысле была дискуссия по довольно расплывчатой теме "Мобилизация общественного потенциала в общенациональных программах государственного строительства и экономических реформ". Ни о каких программах государственного строительства, а тем более - экономических реформ речи там не велось. Речь шла, скорее, лишь о "мобилизации общественного потенциала" как она понимается в трактовке организаторов Форума. Мария Слободская как ведущая дискуссии объяснила, что в это понятие входит: необходимость проведения широкомасштабных исследований (то есть, в ее терминах, "инвентаризации") НКО, реализации таких же широкомасштабных программ обучения активистов НКО и не менее широкомасштабной программы государственного финансирования НКО посредством федерального грантообразующего фонда. Эти идеи были новы для всех участников дискуссии, кроме руководителей. Руководителям же было нужно лишь публичное подтверждение, и они его получили: любой представитель третьего сектора всегда скажет, что обучаться нужно, что исследования необходимы, что о государственном финансировании своих программ они говорили уже давно. Но то, что речь идет о монополизации всех этих процессов, поняли немногие. И они, конечно, попытались создать стихийную оппозиции такой постановке вопроса, но силы были слишком неравные. Программа Марии Слободской была поддержана, ею же лично обсуждена на "переговорной площадке" с Александром Волошиным и, скорее всего, в ближайшее время начнет реализовываться.

На дискуссиях наблюдался удивительный эффект. Через какое-то время после начала разговора с высшими чиновниками у людей начиналась эйфория по поводу того, что этот разговор в принципе возможен, и от этого чувство реальности искажалось. Чудо самого разговора с Волошиным заставляла забыть о той реальности, которую участники оставили дома и в своих организациях. В середине разговора как-то само собой вышло, что никто не возразил против того, что льготы НКО не нужны. За это Волошин поблагодарил ("Мы рады, что НКО не настаивают на всякого рода льготах"); ему аплодировали. А напоследок он добавил, что его личное мнение состоит в том, что "участие НКО в реализации государственных программ - глупость", и это тоже не вызвало никакого дискомфорта среди участников. Как будто не заметили. Как будто слова, сказанные здесь и сейчас, не имеют ничего общего с той реальностью, которую они оставили дома. Что это было? Гипноз? В психологии, наверное, есть для этого специальные термины. Наверное, это естественная первая реакция на контакт с такого ранга людьми. И единственным средством против этого является привыкание, совмещение двух реальностей, привыкание к мысли о том, что и Волошин, и любые другие представители власти - это тоже реальность, это тоже повседневность. С региональными чиновниками у многих это уже получилось, те уже давно входят в сферу повседневности, с федеральными чиновниками - пока нет. Но это дело времени.

Итак, "построить" сверху действительно пытались. А зачем? Зачем было нужно "мобилизовывать общественный потенциал", зачем было нужно звать общественность? Ответ напрашивается сам собой: это наиболее активная часть электората, а "предвыборная кампания начинается на следующий день после предыдущих выборов". Но идет ли речь лишь об этом? Скорее, не только о легитимации нынешнего президента - в свете все еще очень высоких рейтингов он в этом не нуждается. Речь идет и о легитимации реформ, проводимых сейчас и буксующих на разных уровнях. А это уже вовсе не так плохо, как может показаться на первый взгляд. Легитимировать реформы - это значит привлечь к принятию и реализации программ общество в лице его наиболее заинтересованных представителей, это значит повысить эффективность проведения реформ и разделить с обществом ответственность за их результаты. И если это делается, то, может, это и получится?

На многих дискуссиях ситуация изначально была другой: в качестве ведущих выступали на них правозащитники, разговор строился вокруг конкретных проблем, связанных с экологическими вопросами, судебной и военной реформой, реформой образования, миграционной политикой и проблемой Чечни. По результатом многих из таких переговорных площадок были созданы экспертные советы при различных органах власти: министерствах, прокуратуре, Конституционном суде, Совете безопасности, комитетах Государственной Думы. Вообще, экспертные советы оказались самыми популярными формами дальнейшего сотрудничества. После того, как было решено отказаться от создания общей "Палаты гражданских союзов", которая бы включала в себя представителей НКО из всех сфер деятельности, все занялись строительством многочисленных специализированных экспертных советов. Мне кажется, чем больше их будет - тем лучше. Глядишь, какой-нибудь из них и сможет заработать и реально влиять на процесс принятия политических решений


Пчела #36 (ноябрь-декабрь 2001)


 



Перейти на главную История создания журнала Адресная книга взаимопомощи Об интересных местах Об интересных людях Времена Многонациональный Петербург Клубы и музыка Прямая речь Экология Исторический материализм Метафизика Политика Правые Левые Благотворительность и третий сектор Местное самоуправление Маргиналии Дети и молодежь Наркозависимые Бывшие заключенные Глухие Слепые Люди в кризисной ситуации Душевнобольные Алкоголики Инвалиды-опорники

© 1996-2013 Pchela

Письмо в "Пчелу"