Спрятанный мир


Примерно в ста двадцати километрах от Томска, за Обью, чуть в стороне от Бакчарского тракта, находится Шегарский психоневрологический интернат (ШПИ). Здесь живут те, кого у нас принято щадяще-тактично называть "людьми с ограниченными возможностями". Летом этого года там побывал журналист Олег Недоговоров, редактор журнала "Благотворительность в Сибири". Специально для номера "Пчелы", посвященного благотворительности, он написал этот материал. Мы публикуем его с небольшими сокращениями.

БРАТЬЯ И СЕСТРЫ

Мы побывали в ШПИ всего один раз. И хотя до этого мы знали, что в ШПИ существует христианская община (даже две общины - православная и католическая), хотя мы много слышали о том, что туда постоянно ездят из Томска прихожане православного Петропавловского собора и католического прихода Покрова Пресвятой Богородицы (все вместе они называются группой служения "Малый Ковчег"), - тем не менее увиденное там превзошло все мыслимые ожидания.

Прежде всего, это общение на равных. В "Малом Ковчеге" вообще не принят термин "отсталые" или "неполноценные". Их называют "особенными" людьми. А еще чаще - просто "ребятами". Или братьями и сестрами во Христе. Хотя многим из них уже за тридцать или даже за сорок, хотя у многих из них весьма печальный жизненный опыт, они, по сути, остаются детьми. Не по уровню сознания или интеллекта, нет, - а по какой-то особой чистоте и открытости души.

Они приняли нас сразу - как своих, как будто мы уже давным-давно знакомы и почему-то очень долго не виделись. Так встречают старых друзей, с которыми нужно о многом поговорить. Их "детскость" - как раз то состояние, о котором Иисус в Евангелии от Матфея говорит: "Если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное". Нам, "обычным" людям, зашоренным проблемами и условностями (а в христианском понимании - погруженным в греховность), вернуться к этому состоянию души трудно.

Нам трудно также представить, как человек, от рождения прикованный к каталке, с совершенно атрофированными ногами, со скрюченными руками, которыми он не в состоянии даже пищу до рта донести (его кормят через трубочку), - так вот: такой особенный человек способен вышивать гладью. Да, я не оговорился, и это не опечатка: он именно вышивает, причем не абы как, а действительно красиво. "Митя, как же тебе удается держать иголку в пальцах?" - спрашивали мы его. Он смущался и долго отнекивался, но потом все же показал.

Осознаем ли мы, люди с "НЕограниченными" возможностями, сколько и какие способности дарует нам наш Творец? Часто ли мы задумываемся о том, как этими способностями по большому счету распорядиться? У особенных людей такой проблемы нет: им дано немного (по нашим меркам - совсем мало), и этому немногому они умеют радоваться и использовать в полной мере.


МОЛИТВЫ СПРЯТАННОГО МИРА

Мы увидели, как они молятся. Мы участвовали с ними в совместной молитве. И это - как раз то, что поразило, нет, не поразило (потому что "поразило" = убило наповал; а то, что произошло там, оно как бы дало новые силы, дало новый импульс к жизни) - вдохновило нас более всего.

Они молились в прямом смысле истово, вкладывая в свои прошения всю душу целиком, все свои (наверное, не очень великие) душевные силы. Знаете, о чем они просили Всемогущего Бога? О том, чтобы МЫ С ВАМИ БЫЛИ ЗДОРОВЫ и НЕ БОЛЕЛИ. О том, чтобы Господь помогал НАМ В НАШИХ ПРОБЛЕМАХ. О том, чтобы ВО ВСЕМ МИРЕ ЦАРИЛ МИР И ЛЮБОВЬ.

Никто из ребят не просил облегчить свои страдания, уменьшить свою боль. Ни Катюшка, которая живет буквально на лекарствах от припадка до припадка. Ни Митя, сумевший в своем покаянии простить свою мать за то, что она ТАКИМ его родила и ТАКОГО бросила на произвол судьбы, и обиду на которую он носил в своем сердце долгие годы. Ни молитвенник Алеша, который постоянно молится за свою мать, "чтобы папка ее не бил и деньги не пропивал".

Они молятся за нас с вами, за нас, здоровых, "нормальных" людей. За нас, которым постоянно бывает некогда подумать о том, что у нас есть руки и ноги, есть, что поесть, и крыша над головой, и поблагодарить за это Небеса. Мы забываем об этом (или нас этому никто не научил) - они ЭТО ДЕЛАЮТ ЗА НАС. Не из-за чего-то. Не из каких-то далеко идущих корыстных побуждений. Только потому, что ОНИ НАС ЛЮБЯТ.

Они сумели преодолеть этот барьер и полюбить нас: людей, не похожих на них; людей, отвергнувших их; людей, фактически предавших их. И когда во время этой молитвы я понял, что не мне не удастся удержать в себе слезы, застилающие глаза, тогда я почувствовал, как их любовь рождает в наших душах любовь ответную. Любовь, тоже не мотивированную ничем, кроме самой любви. Любовь, которая не оставляет в сердце приторно-ложной жалости. Любовь, которая уравнивает всех нас: "таких" и "не таких" (и каких-то еще, может быть, других) - перед единым нашим Создателем.

Такого дара мы не получали прежде никогда.

ЛЕПТА ВДОВЫ

Можно строить свою жизнь без веры в Бога. Можно - опираясь только на нее. Отработав по полной программе первый вариант, мы живем сегодня в полной беспредельности свободы совести.

Но привычка мерить материальное материальными же мерками (и самыми доступными из них - деньгами) остается очень живучей.

Благотворительность - творение блага - в этом смысле не исключение. Отдать часть того, чего у тебя и потом останется в избытке, - много ли смелости для этого нужно? Но и на такой шаг не всякий из нас отваживается. Отдать последнее - для этого нужна вера. Вера в то, что Господь не оставит тебя ни с чем. Вера в то, что ты получишь нечто большее, чем просто награду за отданное. В Евангелии от Марка Иисус говорит о вдове, отдавшей две свои последние мелкие монетки, что она "положила больше всех, клавших в сокровищницу. Ибо все клали от избытка своего; а она от скудости своей положила все, что имела".

Попросить для другого то, чего ты сам не имеешь и никогда не будешь иметь, - для этого нужна святость.

Я вовсе не намерен убеждать моего читателя в том, насколько сильна и действенна молитва, идущая от чистого и сокрушенного сердца. По своему скептическому опыту знаю: никакой, пусть даже самый убедительный, рассказ не заставит поверить в безграничные возможности простой молитвы. Только когда на собственном опыте, через собственные, ни на чьи не похожие, переживания почувствуешь эту благодать: вот этот человек помолился Богу за мои нужды, за мои беды, и Господь услышал эти его просьбы и откликнулся на них, даровав мне самым невероятным образом помощь, о которой я и не помышлял (и подобное происходит и раз, и два, и три),- вот тогда никто не сможет разубедить меня в чудотворной, физическими законами не объяснимой, силе молитвы...

"...ИБО ИГО МОЕ БЛАГО"

Тема наша не закрыта. О Спрятанном мире можно и нужно рассказывать много и долго. Собственно, эта тема в нашем обществе только начинает звучать - и то пока не в полный голос. Почему эти люди вообще скрыты подальше от наших глаз: чтобы не тревожить нашу придремывающую совесть? Чтобы хоть что-то в этом мире казалось нам благополучным? (В скобках не могу не вспомнить, как наша соседка недавно вернулась из Дании, где достаточно долго гостила у своей сестры. Она рассказывала моей жене о том, что больше всего поразило ее там: "Таня, там столько даунов, инвалидов, неполноценных людей!!!" Обилие восклицательных знаков подразумевало, что у нас, в России, ТАКИХ ЛЮДЕЙ НЕТ. Нет, "такие" люди у нас ЕСТЬ. И их тоже много. Только их спрятали от нас. Или - нас от них?)


Вместо послесловия хочу привести слова Василия Заздравных, одного из зачинателей томского "Малого Ковчега", будущего католического священника:

"Мы приходим к ним, потому что нам необходимы эти отношения... Мы вместе учимся любить, и зачастую они становятся нашими учителями, они учат нас любить, они делают нашу нищету явной, они выявляют нашу гордыню, наши псевдоценности, нашу недостаточную искренность в следовании за Христом! Мы приходим, чтобы быть рядом, быть друзьями! Мы приходим учиться любить, мы приходим потому, что Иисус сокрыт в их боли, Он страждет в них и с ними! Он ждет нас там.. Мало кто хочет прийти к Нему в Спрятанный мир.

У них есть свои дары, но они тоже поверили, что они "неполноценные", и это не позволяет раскрыться их дарам! Многие из них словно не расцветшие цветы, потому что им внушили, что они сорняки! Что они бесполезны! Мы приходим, чтобы разрушить эту ложь, чтобы показать им, что ОНИ МНОГОЦЕННЫ В ОЧАХ БОЖИИХ И ИМЕЮТ СВОЕ МЕСТО В ЦЕРКВИ И ОБЩЕСТВЕ!"

И, прежде чем лечь спокойно спать, я загляну сегодня в глубину своего сердца и спрошу себя: а что я могу сделать для этих людей?

И для людей вообще?


Пчела #34 (июль-август 2001)

 



Перейти на главную История создания журнала Адресная книга взаимопомощи Об интересных местах Об интересных людях Времена Многонациональный Петербург Клубы и музыка Прямая речь Экология Исторический материализм Метафизика Политика Правые Левые Благотворительность и третий сектор Местное самоуправление Маргиналии Дети и молодежь Наркозависимые Бывшие заключенные Глухие Слепые Люди в кризисной ситуации Душевнобольные Алкоголики Инвалиды-опорники

© 1996-2013 Pchela

Письмо в "Пчелу"