Боль души

Елена Пудовкина



"Да вот беда: сойди с ума,
И страшен будешь, как чума..."

А.С. Пушкин.


Каждому, кто хоть раз навещал в психиатрической больнице друга или родственника, становится близка и понятна пушкинская мольба-заклинание: "Не дай мне Бог сойти с ума". Человека "со стороны" гнетуще-убогий антураж наших душеспасительных лечебниц потрясает и угнетает. Огромные, обшарпанные палаты, заношенная больничная одежда, в сочетании с многочисленными запорами, решетками на окнах и отрывистыми командами медперсонала создают непередаваемую атмосферу места гиблого, безнадежного. Да и вне стационаров наши душевнобольные сограждане, как правило, выглядят не лучшим образом: заметная бедность, осознание собственной отверженности, выражение обреченности... При взгляде на такого человека, реакция у большинства одна: отшатнуться и выкинуть из памяти.



Между тем, близкие, страдающие душевными расстройствами, есть у каждого десятого горожанина. По данным, предоставленным главным психиатром Санкт-Петербурга Людмилой Рубиной, в начале текущего года под наблюдением психиатров в нашем городе состояли 105598 человек, 27321 из них имеют инвалидность 1 или 2 группы в связи с тяжелой хронической формой психического заболевания. Что касается менее значительных душевных расстройств, то их в течение жизни испытывает каждый третий. "Границы заболевания очень расплывчаты. Люди с расстройствами, выраженными недостаточно резко, могут и не попадать в поле зрения психиатров",- говорит заведующий кафедрой психиатрии и наркологии СПбГМА им.И.И.Мечникова Владимир Точилов.

Причина многих психических расстройств по сию пору точно не известна. Замечено, например, что шизофрении мужчины подвержены больше, чем женщины, причем в 75% случаев люди заболевают ею в возрасте между 16 и 30 годами, но при этом от нее, как и от других душевных недугов, не застрахован никто. Возникновению депрессии или состояния аффекта нередко предшествует длительное неблагополучие, стрессы. По словам Людмилы Рубиной, в наши дни социально-бытовые предпосылки отмечаются в 40% случаев душевных заболеваний.

Во многих странах обращение с людьми, страдающими душевными болезнями, бывало жестоким: несчастных изгоняли из человеческого сообщества, содержали в ямах, сжигали на кострах. Только в начале Х1Х столетия в психиатрических заведениях Европы стали отказываться от применения цепей. В России гуманизация призрения душевнобольных началась в 1860 году, когда заботу о психиатрических заведениях приняли на себя земства.

Фото: Денис Вышинский

Одна из работ доктора медицинских наук Владимира Точилова посвящена этике в психиатрии. "Первоначально законодательство в основном сосредотачивалось на защите общества от больных, - пишет он, - Все свои права пациенты оставляли за дверями стационаров, попадая туда независимо от желания и часто на длительные сроки. С середины 50-х и до конца 70-х годов усилившееся давление на психиатрию в области защиты прав человека как на международном, так и на национальном уровне, а также появление эффективных лекарств существенно повлияли на содержание законов и систему оказания терапевтической помощи".

В современном мире отношение к душевнобольным считается одним из показателей цивилизованности общества. Хотя печей Освенцима у нас не было, жестокости в обращении с больными у нас тоже хватает. Об этом свидетельствует и язык. Прежнее отношение к "дурачкам", "убогим", "блаженным", "юродивым", как к людям Божьим, посланным во спасение окружающих от душевного нечувствия ушло, на слуху осталось: "псих", "шизик", "дебил", "маразматик".


СТАРЫЕ СТРАХИ И НОВЫЕ ПРОБЛЕМЫ

Обратная сторона отторжения обществом душевнобольных - застарелое недоверие к врачам-психиатрам. Случаи преследования инакомыслящих с помощью психиатрии давно преданы широкой огласке, в 1994 году принят Закон о психиатрической помощи, но прежние страхи никуда не ушли. К устойчивому мифу: "любого можно упечь в психушку" добавился еще один: "психов теперь в больницы не забирают".

В редакции ежедневных газет часто поступают жалобы как на принудительную госпитализацию без достаточных на то оснований, так и на полную безнаказанность хулигана, состоящего на учете в ПНД. По существующему законодательству человек, даже страдающий душевным расстройством, но не представляющий непосредственной опасности для себя или окружающих, принудительной госпитализации подлежать не может. Любой закон на нашей почве, как известно, легко превращается в дышло. Все ситуации - и когда одинокую старушку соседи ежемесячно сдают врачам, объясняя, что бабушка кидается на них с ножом и грозит всех сжечь, и другие - человек, считающий себя, например, котиком, мяукает по ночам на всю округу, пока никого не искусал и поэтому оставлен без медицинской помощи - никакой закон предусмотреть не может. Как говорит психиатр Андрей Васильев: "Идеал недостижим, но в стремлении к нему следует руководствоваться разумом и добрым сердцем".

Каждый десятый пациент у нас поступает в психиатрическую лечебницу против своей воли. Госпитализация "по скорой" выглядит приблизительно так: новоприбывшему в приемном покое дают подписать типовой бланк, где говорится о согласии на лечение в стационаре. В остром состоянии одни подписывают его, не глядя, другие, также, не глядя, отказываются от подписи. В этом случае в течение 48 часов комиссия врачей-психиатров данного медицинского учреждения должна вынести решение об обоснованности госпитализации, затем в течение суток решение направляется в районный суд, которому дается еще 5 дней, причем больной (или его представители) имеют право участвовать в судебном рассмотрении. На каждом отделении должны быть вывешены статьи закона, говорящие о правах больного.

На практике в отношении постоянных клиентов вопрос этот обычно решается по-простому: сначала оформляют недобровольную госпитализацию и начинают лечить, а когда пациент более-менее приходит в себя, уговаривают подписать бланк с согласием на госпитализацию. "Лечение помогает всем, кроме хроников, и мне - тоже. Но все равно, больница - это тюрьма, и отношение к нам здесь, как к заключенным. Ни о каких правах я никогда не слышал и не читал. Выписки из Закона на отделении - может, где-то и висят, там, за дверью, где сестры сидят, у нас ничего подобного нет и не было. Когда госпитализируют - что подписывай, что не подписывай - все одно: укол аминазина - и в койку. Судебного разбирательства никогда не бывает, хотя я и не всегда подписываю", - говорит частый пациент одной из психиатрических больниц, инвалид второй группы О.



"По данным Министерства здравоохранения РФ, в Российской Федерации за последнее десятилетие число инвалидов 1-й и 2-й групп психических расстройств возросло более, чем на 30% и составляет около 700 тысяч человек.

По информации независимых экспертов, около 4,5% детей в РФ страдают психическими расстройствами. Из подростков и юношей Москвы и Московской области, признанных негодными к военной службе в мирное время, почти каждый второй имеет психическое отклонение.

За последние годы более, чем в два раза возросло число общественно опасных деяний, совершенных лицами с психическими расстройствами.

В течение последних 5 лет почти в два раза увеличилось число самооубийств среди больных, не имеющих жизненных перспектив и достаточной помощи."

В.А.Точилов. "Изменения в психиатрии.
Причины и следствия".


Принудительная госпитализация психически нормального и хорошо ориентирующегося в современной жизни человека сегодня маловероятна, об этом говорят и врачи, и больные. Другой вопрос - помещение в больницу человека, плохо вписывающегося в социум, уязвимого, растерянного, ослабленного, а тем более - состоящего на учете в ПНД. Если все-таки допустить, что человек может быть увезен "скорой" по наговору соседей, то вернее всего, состояние его при поступлении в стационар будет крайне возбужденным, а значит, принудительного лечения не избежать. Так что теоретически от одной до двух недель в больнице может провести любой из нас. Впрочем, соседи - соседями, но врачи-то вряд ли будут удерживать на койке здорового человека. Если же такой случай все-таки произошел, главный психиатр советует, по возможности спокойно попросить разрешения известить близких, чтобы они пригласили независимого адвоката. По желанию больного его права может защищать юрист, работающий в системе психиатрии. Главный психиатр Санкт-Петербурга Людмила Рубина неоднократно поднимала вопрос о создании института независимых адвокатов при аппарате губернатора. "Юристы, работающие в системе психиатрической службы, могут помочь больным в решении жилищных вопросов, восстановлении документов, получении пенсии, но разрешение конфликта между врачом и пациентом на них возлагать нельзя, - говорит она, - В информации населения о том, как происходит недобровольная госпитализация, мы заинтересованы не меньше наших пациентов. Ведь существующие в обществе страхи перед психиатрией, приводят к тому, что больной человек, не обращаясь к врачу и не получая своевременной помощи, поступает к нам уже в крайне запущенном состоянии".

Жилищных злоупотреблений в отношении душевнобольных в последнее время стало значительно меньше: два года назад главный психиатр 78 раз обращалась в прокуратуру с заявлениями о неправомочности сделок, совершенных психически больными людьми, а в текущем году таких случаев - только два. Большинство риэлтерских контор сегодня стараются не иметь дела с душевнобольными людьми. Ведь если человек признан недееспособным, любая сделка с ним - юридически ничтожна, а при сделке с дееспособным, но состоящим на учете в ПНД, есть риск, что "в момент ее совершения больной не отдавал себе отчета в своих действиях" - поясняет юрист Владимир Житомирский. По словам Людмилы Рубиной, сейчас больные чаще оказываются жертвами не бандитов, а собственных родственников.

К заведующему кафедрой социальной психиатрии и психологии, профессору Роману Войтенко, нередко обращаются с просьбой провести не зависимую психиатрическую экспертизу. Медицинская экспертиза подразделяется на три вида: судебная, военная и социальная. Формально от своих ведомств они не зависимы. При приеме в армию в рассмотрении споров участвуют штатские эксперты, но при увольнении солдат и офицеров осматривает комиссия, состоящая только из военных врачей. В самом этом положении заложена возможность злоупотребления, позволяющая, скажем, комиссовать нежелательного конкурента. Заключенные тоже выпадают из правового поля. Судебно-медицинская экспертная служба, не зависящая от ведомства, устанавливает вменяемость и дееспособность участника процесса по гражданским и уголовным делам до суда. В местах лишения свободы, кто здоров, кто болен, решают врачи Министерства юстиции. Чтобы экспертиза состоялась, ее должен кто-то назначить: следователь, суд или прокуратура.

На "гражданке", как правило, вопросами, связанными с социальной защитой больных и инвалидов, занимается межрайонное бюро медико-социальной экспертизы. При несогласии с его решением возможно обращение в суд или вышестоящую инстанцию - городское бюро медико-социальной экспертизы. В судебной психиатрии головной инстанцией является институт социальной и судебной психиатрии им. В.П.Сербского в Москве. Случаев незаконной госпитализации по Санкт-Петербургу практически нет.

Согласно Уголовно-процессуальному кодексу у нас существует презумпция психического здоровья: человек не обязан доказывать, что здоров. Дееспособность в момент совершения сделки должен зафиксировать нотариус, а недееспособность определяется судом. Если нет соответствующего судебного решения, даже за инвалидом по психическому заболеванию с 30-летним больничным стажем сохраняется право распоряжаться своим жильем и имуществом", - говорит Роман Войтенко. "Еще труднее, - добавляет Людмила Рубина, - установить состояние слабоумия у сосудистых больных. Человек может забывать довольно важные вещи, но при этом хорошо ориентироваться в быту или в служебных делах, а в других областях быть абсолютно беспомощным".


БЕДЛАМ ИЛИ СМИРЕННАЯ ОБИТЕЛЬ

"В России устройство первых психиатрических заведений относится к 1775 году. Содержались они в высшей степени неудовлетворительно", - говорится в энциклопедии 1896 года. Там же перечислены требования, предъявляемые к психиатрическим больницам в конце Х1Х века: "обеспечить наблюдение над больными и охрану их, не нося в то же время характер тюрьмы... В заведении должны быть жилые помещения, спальни, палаты для больных, содержащихся в постели, общие комнаты для собраний и разговоров, для религиозных сборищ, занятий, сады, поля ... Среднее отношение служителей к больным должно равняться 1:6. Опыт учит, что часто тщательное лечение психически больного только тогда приносит результаты, когда есть достаточное количество ухаживающего персонала".

Фото: Евгений Асташенков
В областной психиатрической больнице (пос. Саблино), 1996 г.

В структуру психиатрической службы, находящейся в подчинении комитета по здравоохранению администрации Санкт-Петербурга входят 5 психиатрических больниц, 2 территориальных медицинских объединения, 10 психоневрологических диспансеров, 5 психоневрологических кабинетов, центр восстановительного лечения "Детская психиатрия", подстанция №13 скорой психиатрической помощи и психосоматические отделения городских больниц. Общее количество коек для взрослых пациентов в психиатрических стационарах города - 6750. В 1999 году на них побывали 32500 человек. (Находящиеся на территории Петербурга психиатрическая больница специального типа с интенсивным наблюдением, а также клиники Бехтеревского института, Военно-медицинской академии и института мозга находятся в федеральном подчинении, и поэтому в данном материале не рассматриваются).

Если, как говорят врачи, медицина у нас была падчерицей советской власти, то психиатрию они называют падчерицей медицины. О требованиях, предъявляемых к психиатрическим заведениям в конце Х1Х столетия, в том числе - о раздельном содержании различных категорий больных, сегодня можно только мечтать. Переучившийся студент, допившийся до белой горячки алкоголик, пенсионер в состоянии деменции, хронический шизофреник, бомж, надеющийся в больнице "подхарчеваться", и преступник, определенный на лечение судом, вполне могут стать соседями по палате. Каждому из них отводится площадь около 2,8 кв.м. Надежда увеличить ее до 3-4,5 кв.м. за счет перевода алкоголиков (они занимают около 30% коек) в наркологические стационары, пока не оправдалась. Уборкой в психиатрических больницах занимаются, как правило, больные из числа алкоголиков. Персонала остро не хватает, каждая медсестра обслуживает не 6, а 60-70 больных, дежуря в две смены и заодно выполняя работу санитарки. До недавнего времени на этих должностях трудились, в основном, пенсионеры, но с августа, когда именно у неработающих пенсионеров пенсия заметно увеличилась, начались массовые увольнения из больниц. По данным, приведенным главным психиатром, зарплата санитарки (с надбавками) составляет сегодня 380 рублей, медсестры - 430, фельдшера - 480, а молодого врача - около 450 рублей. Медик, получающий 800 рублей, считается высокооплачиваемым. (Ноябрьское повышение МРОТа картину принципиально не меняет). "Государство полагает, что в психиатрии должны работать энтузиасты, готовые не есть, не пить, - говорит Людмила Рубина. - Сейчас катастрофическое положение сложилось на нашей скорой помощи: увольняются врачи, фельдшера.. Больные в диспансерах ждут по 5-6 часов, пока за ними приедут и увезут в больницу. Да и машин на весь город осталось всего семь".

Примерно 1% пациентов психиатрических стационаров составляют бомжи. Выписывать их некуда. На 100 больных приходится по одному социальному работнику, который должен решать все насущные вопросы (прописка, восстановление документов, устройство в ПНИ, проверка законности при совершении сделок, конфликты с родственниками, дотации). Пока устроишь куда-то психически больного бездомного - пройдет год-другой - а около300 коек все это время заняты.

Благодаря тому, что в 1998 году Законодательным собранием Петербурга был принят закон о региональной медико-социальной программе "Развитие и совершенствование психиатрической службы Санкт-Петербурга и ее материально-технической базы до 2002 года", кое-какие благотворные изменения все-таки произошли.

Сейчас заканчивается ремонт в больнице имени П.П.Кащенко. Находится она в Гатчинском районе, неподалеку от села Никольское. Дорога туда занимает более часа поездом и минут 30 автобусом. Поездки такие многим не по карману, поэтому родственники всеми правдами и неправдами стараются прикреплять своих больных к другим городским больницам. К концу текущего года в "Кащенко" должно открыться общежитие для людей, утративших социальные связи из-за душевной болезни. Отделение это будет реабилитационным, со свободным выходом и мирным сельским трудом. Два отделения для таких же больных появятся в ближайшее время и при ТМО №1. Здесь же, на Канонерском переулке, откроются два дневных стационара, ночное профилактическое отделение для купирования острых состояний и реабилитационное отделение. Новый дневной стационар и ночной профилакторий в бывшей больнице №44, неподалеку от "Скворцова-Степанова", тоже находятся в стадии ремонта.

При составлении вышеназванной программы учитывались разные наболевшие проблемы. Одна их них состоит в том, что соматические заболевания нередко сопровождаются душевным расстройством (до 40% постоянных посетителей поликлиник и 70% пациентов соматических больниц нуждаются в консультации или лечении психотерапевтов или психиатров), а многие душевнобольные страдают общими заболеваниями. До сих пор в городе существовало единственное психосоматическое отделение - при Александровской больнице, открытое в 1984 году. В ближайшее время такие же отделения появятся и в других стационарах: кардиологического профиля - при больнице № 32, хирургического - при больнице №28 и дермато-венерологического - при городском кожно-венерологическом диспансере.

Кормить в стационарах стали лучше. Сейчас родственников, навещающих своих больных, уже не окружают голодные люди, клянчащие пряник или печенье. "Беспредел" среднего и младшего медперсонала, по словам больных, тоже теперь, если и случается, то намного реже.

Кстати, на прошедшем в октябре 13 съезде российских психиатров петербургская психиатрическая служба получила диплом, ее организация признана одной из лучших в стране.


ВРАЧЕВАНИЕ ДУШ

В списке бесплатных лекарств сейчас значатся 39 наименований. Когда психиатры добивались включения в него новейших препаратов, они рассчитывали, что у нас, как и во всем мире, значительно сократятся сроки пребывания больных в стационаре. Лекарствами сейчас больницы более или менее обеспечены, но, тем не менее, врачи чаще всего прописывают больным те же самые аминазин с галоперидолом, а .средний срок пребывания пациента в психиатрическом стационаре по-прежнему составляет 75 суток. Дело в том, что курс лечения серьезных психических заболеваний не должен прерываться после выписки, а в амбулаторную сеть по "бесплатному списку" дорогие лекарства практически не поступают. Количество инвалидов по психическим заболеваниям в Петербурге медленно, но верно растет. Сейчас их у нас 28861. По мнению главного психиатра, рост этот происходит не столько за счет первичных больных, сколько за счет возврата тех, кто находился в состоянии устойчивой ремиссии, в том числе и снятых с учета. Сами больные за помощью не обращаются, из поля зрения ПНД выпали, и в больницы попадают уже в остром состоянии.

"Можно отремонтировать все больницы, но положение от этого мало изменится, - говорит Владимир Точилов, неоднократно выступавший с программой комплексной реабилитации и адаптации душевнобольных, - надо менять организацию психиатрической службы. Основное внимание должно уделяться реабилитационному процессу. Это требует не столько денег, сколько изменения в работе врачей. Главная нагрузка должна падать на амбулаторную службу, где понадобятся не только психиатры, но и психотерапевты, и психологи, и социальные работники. Тогда возможен дифференцированный подход: этого больного - в стационар, этого - в дневной стационар, этого - в лечебные мастерские. У нас же пока главная работа с больным сосредоточена в стенах больницы. Стационар - первое, но не главное звено. Там, где развита амбулаторная служба, число больниц сокращается".

Свой вклад в дело врачевания душ вносит и Церковь. Почти во всех больницах сегодня есть либо часовенки, либо иные места, отведенные для богослужений. Отец Павел, священник Свято-Троицкого (Измайловского) собора посещает больницу № 5 с 1995 года. Богослужения (водосвятие, молебны, крещение) проходят здесь раз в неделю по четвергам. Храм еще не восстановлен, поэтому литургии пока не совершаются. На службу собираются человек 50. Приводят их из тех отделений, где есть верующие медики. (К примеру, больной О., человек верующий и воцерковленный, на своем отделении о больничных богослужениях никогда не слышал, хотя охотно посещал бы их).


ШКОЛА ВЫЖИВАНИЯ

Инвалидам у нас вообще жить непросто, но инвалидам по психиатрии трудно вдвойне.

Из сферы социального обслуживания люди, страдающие психическими расстройствами, исключены, никаких волонтеров вблизи них не наблюдается. Правда, в последнее время в вопросах опеки, социальной защиты, в том числе защиты жилищных прав душевнобольных, стали принимать участие многие МСУ. "Особенно те, где работают люди с медицинским или педагогическим образованием., - рассказывает главный психиатр, - хорошее взаимодействие у нас налажено с муниципальными округами Фрунзенского, Красногвардейского, Центрального, Адмиралтейского и Московского районов".

Фото: Рома Тарасов

Пенсия инвалида, не имеющего трудового стажа - чуть больше 400 рублей. Ежедневный прием лекарств сказывается на сознании, любые бытовые трудности часто превращаются в неразрешимую проблему. Странности в поведении, неадекватные реакции душевнобольных нередко провоцируют агрессию окружающих. Одного избили за звонок о заложенной бомбе, другого - за то, что смеялся, глядя на какого-то "крутого". Добиться защиты у милиции человеку, стоящему на учете в ПНД, практически невозможно.

Недееспособного инвалида, нуждающегося в помощи и надзоре, могут поместить в психо-неврологический интернат. Но тех, у кого в анамнезе были социально-опасные действия, ПНИ стараются не брать. Общежитие при больнице Кащенко создается в первую очередь для них. До сей поры львиная доля забот о душевнобольном ложилась на плечи его родственников. В1992 году они начали объединяться в группы самопомощи. Так была создана общественная организация НИМБ (Нравственность, Инициатива, Милосердие, Благотворительность), объединившая около 100 семей. Проведенный активистами опрос показал, что родственники душевнобольных более всего нуждаются в информации, общении и взаимопомощи, потом (по значимости) следует обеспечение лекарствами и трудоустройство больных, поэтому НИМБ стал организовывать встречи с психиатрами, юристами и зарубежными товарищами по несчастью. Главный вопрос, с которым родственники душевнобольных обращаются и к властям, и к психиатрам: "Что ждет наших близких после смерти родителей или опекунов, ведь попасть в ПНИ не пожелаешь и врагу ?" - пока остается без ответа.

Сотрудничающий с НИМБом с момента его основания Владимир Точилов возглавляет Санкт-Петербургскую ассоциацию психиатров. Создавалась она, как правозащитная организация, а в последние годы занимается обеспечением больных литературой, иногда - продуктовыми наборами и инвентарем (областные больницы), а также организует для родственников больных юридические консультации.

В 1997 году был создан Невский Клубный Дом. Помещение ему предоставила СПбГМА им.И.И.Мечникова. Здесь больные проводят совместные праздники, занимаются в различных кружках, учатся готовить. В трудоустройстве (главной задаче организации) клубу помогают фирмы-спонсоры. Работа, которую удается найти, обычно малоквалифицированная: грузчик, уборщица, экспедитор, но больные и их родители рады и ей. Девиз клуба: "Помоги себе. Мы рядом". Принимают сюда больных в состоянии устойчивой ремиссии. Медиков в клубном доме нет, только 3 социальных работника.

В 1998-99 году на базе Невского Клубного Дома был образован Невский родительский дом, ведущий ту же работу, что и НИМБ, но рассчитанный только на жителей Красногвардейского района.

В сентябре текущего года с участием ведущих психиатров и психотерапевтов города, а также представителей Санкт-Петербургской епархии создана общественная организация "Общественная служба психического здоровья Одним из первых мероприятий новой общественной структуры станет, намеченная на декабрь конференция, посвященная взаимодействию религиозных и общественных институтов в деле сохранения и поддержания психического здоровья общества.


Пчела #30 (ноябрь-декабрь 2000)

 



Перейти на главную История создания журнала Адресная книга взаимопомощи Об интересных местах Об интересных людях Времена Многонациональный Петербург Клубы и музыка Прямая речь Экология Исторический материализм Метафизика Политика Правые Левые Благотворительность и третий сектор Местное самоуправление Маргиналии Дети и молодежь Наркозависимые Бывшие заключенные Глухие Слепые Люди в кризисной ситуации Душевнобольные Алкоголики Инвалиды-опорники

© 1996-2013 Pchela

Письмо в "Пчелу"