Родом из 30-х.

Елена Пудовкина


В марте 2000 года в музее-квартире "друга детей и рабочих" Сергея Мироновича Кирова открылась выставка "За детство счастливое наше...". По мнению журналиста и поэта Елены Пудовкиной, не перечеркивая основную экспозицию музея, выставка дает представление о времени зарождения многих советских мифов и наводит на грустные размышления о том, из какого детства мы родом.

"Но ведь этих же людей надо воспитать... А это могут дать только хорошо поставленная пропаганда и агитация в пользу нашей великой марксистско-ленинской науки. Никаким другим способом этого дела не возьмешь... Скажем, наука о сопротивлении материалов - это крайне необходимая наука. Но мы ни на одну минуту не должны забывать, что мы живем в такой обстановке, когда та наука, которая изучает сопротивление противостоящих нам классов внутри страны и за ее пределами, - эта наука должна занимать первое место." (Гром аплодисментов)
Стенографический отчет ХVП съезда ВКП(б), речь С.М.Кирова.


ПИОНЕРЫ ЮНЫЕ - ГОЛОВЫ ЧУГУННЫЕ

Если психологи правы, и главные, глубинные отношения с миром складываются в первые десять лет, получается, что у большинства нынешних бабушек и дедушек формирование личности пришлось на 30-е годы.

Страна к этому времени уже прошла через две войны (мировую и гражданскую), революцию, красный террор. Уничтожением враждебных классов дело не ограничилось. Наиболее заметных и совестливых людей из разных социальных слоев: духовенства, интеллигенции, мещан, крестьян, рабочих с разной интенсивностью выкорчевывали с первых лет советской власти и до ее конца. На смену патриарху Тихону пришел митрополит Сергий, подписавший декларацию о новых взаимоотношениях церкви и государства, несмотря на обещанную лояльность, продолжались аресты верующих всех конфессий, а религиозное воспитание детей стало приравниваться к измене Родине. Подготовка к большому террору в общих чертах _e1ыла закончена к началу 30-х. Репрессивная машина с каждым днем набирала обороты: аf0иобрел мрачную известность Соловецкий лагерь особого назначения, ЧК переименовали в ГПУ, в новеньком Уголовном Кодексе наливалась силой 58-я статья, состоялись первые публичные процессы (меньшевики, Промпартия), началось массовое выявление "вредителей", из деревень пошли потоки раскулаченных. Энтузиазм первых пятилеток, введение паспортной системы, продукты по карточкам - все это воспринималось, как естественная среда обитания.

Первое время после революции новой власти было не до детей. Когда же беспризорность, вшивость и голод в городах были более-менее укрощены, от теоретических рассуждений о выращивании нового человека большевики перешли к практическим опытам.

Скаутское движение, даже переименованное в Российскую организацию юных разведчиков (РОЮР), с новой системой увязывалось плохо, его требовалось заменить чем-то иным. Сначала с помощью ГПУ были устранены руководители скаутских организаций. 19 мая 1922 года Всероссийская комсомольская конференция, озабоченная необходимостью "самоорганизации пролетарских детей" поручила ЦК "разработать вопрос о детском движении". Так родилась пионерская организация, а скаутам было предложено перейти в новое качество или исчезнуть. Форма работы с детьми и организационная структура пионерских отрядов были позаимствованы у предшественников. (В скаутском движении были свои ритуалы. Каждый вступающий в него давал торжественное обещание соблюдать заповеди, законы и обычаи "юных разведчиков". Например, узел на галстуке позволялось развязывать перед сном только в том случае, если в течение дня было сделано хотя бы одно доброе дело. 23 апреля в день своего святого покровителя - Георгия Победоносца, скауты проводили парад).

Для создания новой системы ценностей был использован тот же метод "перевертышей", что и во взрослой идеологии: христианство замещается марксизмом-ленинизмом, красный угол с иконами - красными уголками с портретами вождей, скаутская лилия на значке превратилась в костер, вместо суда чести введен суд товарищей, долг перед Богом, Родиной и государем стал верностью рабочему классу, помощь ближнему - помощью товарищу. Главное в этой работе - выхолащивание первоначального замысла. Детство, открытое всему миру съеживается до мирка, ограниченного классовыми рамками. Мир, основанный на любви, вытесняется миром, основанным на ненависти.

Вписывались в новую систему далеко не все. Кто-то сам отказывался присягать новому строю, кого-то не принимали в "юные ленинцы" по классовым соображениям: пионерские отряды создавались для сирот, учащихся ФЗУ и детей рабочих, а большинство членов РОЮР происходили из семей служащих, торговцев, кустарей и лиц свободных профессий. Года через два при пионерских отрядах начали образовываться октябрятские группы. Оставшиеся скаутские отряды ушли в подполье и в 1926 году прекратили свое существование.

В 30-х годах через систему октябренок-пионер-комсомолец проходило подавляющее большинство школьников. Впрочем, первую прививку "единственно верного" ребенок получал уже в младенчестве: и в яслях, и в детсаду его окружали портреты Сталина с Мамлакат на коленях, малыши учили буквы по антирелигиозной азбуке, жизнеописания вождей революции читались, как некогда жития святых. (Известный анекдот 70-х, где ребенок на вопрос воспитательницы детсада: "А кто это побежал такой рыженький, с пушистым хвостом?" отвечают: "Ленин", уходит корнями в довоенные времена). Дома на этажерках стояли фарфоровые статуэтки вроде той, что представлена на выставке (пионер показывает пограничникам, куда ушел нарушитель границы), а школьники учились склеивать из бумаги макеты красного уголка.


Подмена детского рая анти-раем убедительно отражена изобразительным искусством того периода. На смену ангельским личикам из детских книжек пришло искусство соц.реализма. На выставке, развернутой в музее-квартире Кирова, эта метаморфоза представлена во всей красе. Суровый взгляд девочки Октябрины, картина "Пионеры салютуют Кирову", страшные лица в скульптурной композиции "Киров и дети", возможно, вопреки желанию художников, но благодаря их таланту, говорят о времени больше, чем заявленный сюжет. Монстрики из музейной экспозиции наглядно показывают, какими должны быть дети, чтобы из них получилось то, что задумано вождями революции.


СТАТОР И ОЮШМИНАЛЬДА

Страна входила в пору индустриализации. Заводам и фабрикам требовались спортивные, послушные, управляемые люди-винтики, готовые, не считаясь ни с чем, служить государству. Легче всего было выковывать достойную смену ветеранам революции из сирот, тем более, что непрекращающиеся социальные потрясения их поставляли в избытке. В 1933 году детские дома были переданы под попечительство НКВД и стали инкубаторами для пополнения кадров карательной сиcтемы.

Воспитание домашних детей шло под лозунгом: "Пионер - орудие разложения старого быта". Отторжение от семьи велось различными методами. Хлынувшие в город жители разоренных деревень, зачастую неграмотные, не знакомые с городским бытом и культурой, были вынуждены учиться новой жизни наравне со своими детьми. Дети новое усваивали быстрее, чем родители, семейные традиции утрачивали авторитет, уважение к ним провозглашалось свидетельством отсталости. Образцом для подражания стал "пионер - всем ребятам пример" - Павлик Морозов. В семьях верующих, равно как и в других, которым большевистская идеология оставалась чуждой, при детях критика новых порядков не допускалась из соображений безопасности. По этой же причине знания и установки, которые ребенок получал в школе, дома, как правило, не опровергались.

Впрочем, в разоренной стране выживали и обзаводились семьями в основном люди, связывающие надежды на будущее с властью большевиков. О искреннем принятии нового строя свидетельствуют имена, которыми, начиная с 20-х, строители коммунизма награждали своих наследников.

     Арвиль - армия В.И.Ленина,
Арлен - армия Ленина.
Вектор - великий коммунизм торжествует.
Веор - великая Октябрьская революция.
Видлен - великие идеи Ленина.
Вилен, Виль - В.И.Ленин.
Вилиан - В.И.Ленин и Академия наук.
Вилорд - В.И.Ленин - организатор рабочего движения.
Вилор - В.И.Ленин - организатор революции.
Вист - великая историческая сила.
Владлен - Владимир Ленин.
Ворс - ворошиловский стрелок.
Гертруда - герой труда.
Далис - да здравствуют Ленин и Cталин.
Дележ - дело Ленина живет.
Изиль - исполняй заветы Ильича.
Икки - Исполнительный комитет Коммунистического Интернационала.
Ильком - Ильич, коммуна.
Кид - коммунистический идеал.
Лагшмивара - Лагерь шмидта в Арктике.
Ласт - латышский стрелок.
Ледат - Лев Давидович Троцкий.
Ленара(а) - Ленинская армия.
Лениз - ленинские заветы.
Ленинид - ленинские идеи.
Ленст - Ленин, Сталин.
Лориэрк - Ленин, Октябрьская революция, индустриализация, электрификация, радиофикация и коммунизм.
Лунио - Ленин умер, но идеи остались.
Марлен - Маркс, Ленин.
Мыслис - мысли Ленина и Сталина.
Оюшминальда - Отто Юльевич Шмидт на льдине.
Папир - партийная пирамида.
Полес - помни Ленина, Сталина.
Порес - помни решения съездов.
Правлен и Правлес - правда Ленина (Сталина).
Пятвчет - пятилетку - в четыре.
Рэм, Ремир - революция мировая.
Револьд - революционное движение или революционное дитя.
Стален - Сталин, Ленин.
Статор - Сталин торжествует.
Томик - торжествует марксизм и коммунизм.
Фэд - Феликс Эдмундович Дзержинский.
Эрлен - эра Ленина.
Яслен - я с Лениным

Между тем, вывести страну из аграрно-разоренного состояния на современный технический уровень с помощью одних пятилеток явно не получалось. Для развития производства требовались рабочие, мастера, инженеры, - не только верные "делу Ленина-Сталина", но и грамотные.

Вольница с обучением без отметок и школьных заданий к началу 30-х сошла на нет. От школьных советов, выставляющих ученикам оценки, и "шкрабов" пришлось вернуться к учителям и традиционной системе обучения, но - под жестким идеологическим контролем.


"ОТРАВЛЕН ХЛЕБ, И ВОЗДУХ ВЫПИТ..."

Из наших времен 30-е годы кажутся порой омертвения, окостенения идеологии. Зверь вырос и перестал играть со своей добычей, он поедал народ, потому что это входило в процесс пищеварения, такова его звериная природа. Но ребенок, в отличии от взрослых, принимает мир, как данность: другого он не видел и радуется тому, что есть. Уголок безбожника в каждом классе, обязательные портреты Ленина и Сталина, радио, ежедневно рассказывающее о выявлении новых и новых врагов народа, - все это воспринималось, как естественный фон жизни. Не отсюда ли берет начало и пресловутая советская бесполость, и привычка ходить строем... "Базовое доверие к жизни зависит от внимания к ребенку, угадывания его потребностей, - говорят психологи, - Частая смена лиц (ясли вместо любящих родителей) разрушает способность к сопереживанию".

30-е годы, наверно, единственный период нашей истории, когда идеологическая обработка принималась всерьез и шла успешно. Особенно она удавалась среди детей, (взрослые, воспитанные своими дореволюционными родителями, были менее благодарным материалом). Для нового, не испорченного буржуазными пережитками поколения в первую очередь и создавался иллюзорный мир торжества социализма, не имеющий ничего общего с реальным. В нем были великие устремления: "Мы наш, мы новый мир построим", был искренний энтузиазм, было необходимое ребенку чувство, что он под защитой (пусть не Бога, не родителей, но сильного, хоть и сурового, государства). Не хватало главного: свободы - мысли, творчества. Необходимый для полноценного развития период исканий и парадоксов, проб и ошибок был исключен. Самостоятельные поиски в запретном пространстве рассматривались не как элемент роста, а как преступление.

Отмененное в первые годы советской власти уголовное преследование несовершеннолетних возвратилось в 1935 году в новом качестве. Теперь уголовному суду (включая расстрельные статьи) подлежали все обитатели страны Советов, начиная с 12-летнего возраста. В экспозицию выставки "За детство счастливое наше" включены донесения в органы Государственной безопасности о контрреволюционных проявлениях среди учащихся средних школ, нередко детей коммунистов.

"Ученица 5-й школы Выборгского района 5-го класса - Григорьева Елена под влиянием матери написала письмо Сталину контрреволюционного содержания. Мать Григорьевой (домохозяйка) арестована и признала, что заставила свою дочь написать это контрреволюционное письмо. Отчим Григорьевой Елены - Дементьев, портной Ленодежды, в настоящее время арестован за кражу. Григорьева Елена отправлена в Детский дом".

"Ученица 11-й школы Смольнинского района Нилова Вера хранила в своей книге портрет Троцкого, который предлагала повесить на елке в качестве украшения..."

"В Ольгинской средней школе (Лисий Нос) четыре ученика-пионера сняли красные галстуки и принесли их в школу, требуя забрать эти галстуки. Снятие галстуков объяснили тем, что при переписи населения пионеров будут высылать в Испанию, а комсомольцев расстреливать".

"Мартынов, 15 лет, из рабочей семьи, написал с расшифровкой: "Торгсин - Товарищи, Опомнитесь, Россия Гибнет, Сталин Изнуряет Народ".

"17 марта с.г. на уроке обществоведения на проработке 17-го партсъезда ученик 5-го класса Малецкий, 14 лет, подошел к доске, на которой были написаны буквы СССР и закричал на весь класс: "СССР - это Смерть Сталина Спасет Россию". Отец Малецкого - рабочий з-да "Пролетарий", член ВКП\б с 1924г."

"В январе с.г. в доме №17 по Среднему пр. В.О. на лестнице и в ящиках для писем были разбросаны в большом количестве к\р лозунги: "Долой Сталина". Установлено, что тот лозунг был изготовлен мальчиком 14 лет Маталкиным Владимиром, отец которого осужден органами ОГПУ на 10 лет".

"В Ленинградской области среди местной молодежи широко распространено пение частушек к\р содержания. Эти частушки распеваются даже школьниками. Приводим отдельные из наиболее распространенных частушек:

Скоро, скоро переменятся советские права -
Всех колхозников повесят на сухие дерева.

Я в колхоз тихонько шла, а из колхоза все бегом.
Я в колхоз-то шла обувши, а из колхоза босиком.

Шла кобыла из колхоза, слезы капали на нос.
Отрубите хвост и гриву - не пойду больше в колхоз.

...Виновные в распространении контрреволюционных частушек привлечены к судебной ответственности по ст.58-10 УК. Ведется следствие".

В городах аресты детей не стали массовым явлением, чаще арестовывали родителей, а детей отправляли в детдома. Из деревень же после 35-го года малолетки шли в лагеря "за колоски" по так называемому указу "семь восьмых" - от 7.08.32 года. В конце 30-х к ним присоединились вчерашние школьники из городов, арестованные за опоздание на первую в жизни работу.


ЗАВТРА БЫЛА ВОЙНА

Все мы родом из детства... Каким оно помнится тем, кому сегодня немного за 70? Что бы ни происходило во взрослом мире, каким бы кровавым не было время, если рядом с ребенком были любящие его взрослые, детство вспоминается как период безмятежного счастья.

Эмилия С.: "Пионерия, комсомол - это шло само собой. Школа была хорошая, а идеология наших учителей - не слишком агрессивная. На демонстрации мы ходили с удовольствием, заранее начищали зубным порошком белые тапочки. Право нести флаг получали в награду за хорошую учебу. Помню мальчика из деревенской семьи, где на всех детей была единственная пара сапог. Елок никаких не устраивали, но школьные вечера бывали. Кирху на Фурштадтской в те годы переоборудовали под кинотеатр "Спартак". Мы этому радовались. Младших детей туда пускали бесплатно, а мы шли за ними на полусогнутых ногах. Учительница немецкого рыдала над песней "Во Францию два гренадера из русского плена брели". Праздников не помню. На дни рождения обычно дарили книжки. Летом наша семья снимала дачу в Сестрорецке. Зимой мы бегали на каток, девочки катались на "снегурочках", мальчики - на "бегашах". Когда убили Кирова, его портрет в школьном зале был очень красиво высвечен лучами. Стояла полная тишина, и мы входили в зал на цыпочках, как под гипнозом".

Валентин Л.: " Мы жили на Галерной в девятикомнатной коммунальной квартире. Отопление было печное, в коридорах стояли примусы.. У дядьки был патефон, к нему приходили студенты, танцевали фокстроты. Помню свои чулки на резинках. Когда по улице проезжала "Эмка" все мальчишки выбегали глазеть. Самый большой восторг вызывал трамвай: огромный, красный, со звездой впереди. На Волге был голод, а в Ленинграде в специальных магазинах на серебряные вещи можно было купить всякие сласти. Бабушка приносила из "Торгсина" круглые шоколадки. Дед ходил в синагогу, одевал ермолку, талес, молился. Я спрашивал у него: "Где Бог?", а он отвечал: "Бог везде". Когда убили Кирова, оба дяди и мать очень боялись ареста. В 37-м в учебниках замазывали портреты Троцкого, Зиновьева, Каменева".

Игорь М.: "В нашем доме был детский дошкольный кружок, организовала его Ольга Поппель, жена слесаря. Пока родители были на работе, она читала нам книжки Маршака, Чуковского, "Мурзилку". В школе я брал журналы "Пионер", "Костер", "Искры", книжки о папанинцах, о Чкалове, дома родители приучали к классике: Пушкину, Лермонтову, Гоголю. Отец был скрипачом Мариинского театра, по выходным я ходил к нему на утренники. В 36 году после принятия новой конституции нас водили всем классом в кинотеатр "Ударник" (нынешний "Рекорд") слушать доклад Сталина. Относился к этому просто: надо - значит надо. В пионеры нас торжественно принимали в музее истории Ленинграда. Жили втроем в одной комнате. Время было голодное. Продукты покупали по "заборным книжкам". В школьной столовой в основном кормили биточками из пшенной каши и киселем или компотом. Любимая игра - стробоскоп (движущиеся картинки). Религиозного воспитания не было, вырос атеистом, но дома отмечали и Рождество Христово, и Пасху. В те годы в нашем районе взорвали церковь Михаила Архангела и Покровскую, но особого впечатления это не произвело".

Валентина Н.: "Помню, как все переживали из-за смерти Кирова. Чтобы с ним попрощаться часами стояли на морозе. Училась я в гимназии на Соляном переулке. В то время у нас преподавали не только взрослые учителя, но и выпускники школы - по комсомольской линии. Считалось, что 17-летние лучше понимают детей. У нас был очень хороший преподаватель пения. Мы разучивали классику: хор из "Аиды", из "Мазепы". Был Дом художественного воспитания (ДХВД), где работали разные кружки. В 1937 году открылся Дворец пионеров в Аничковом Дворце. В Ленинграде было три ТЮЗа: Брянцевский - на Моховой, Зоновский - на месте театра эстрады и областной - на Васильевском острове. Помню изумительный спектакль "Сказки Пушкина", со светящимися красками. Ходили на каток, я каталась на "снегурочках", мальчики - на "бегашах". Зимой видела, как снимали купол с Пантелеймоновской церкви. Мама была верующая, но нас молиться не учила. Дома всегда висели иконы. Отмечали и советские праздники, и Рождество, и Пасху. Елочку маленькую ставили дома тайком, а в 36 году (помню, как мы радовались) елки разрешили".

Ника М.: "Мы жили в квартире, которая до революции принадлежала моему дедушке, а прадед имел в Петербурге несколько домов, но их отобрали до моего рождения. Дед был гражданским инженером, бабушка домохозяйкой. Отца, как востоковеда, арестовали в 37 году, мать - в 40-м. До этого родители работали в экспедиции в Монголии, видела я их редко, поэтому больших изменений в моей жизни после их ареста не произошло. Бабушка учила меня молитвам, дедушка - музыке, рисованию и танцам. Сказки читала сама с 4-х лет. В доме жила немка Хильда Фридриховна, которая занималась со мной немецким, в войну ее выслали. До школы меня водили в церковь Михаила Архангела, где был Вифлеем с яслями. Потом ее взорвали. Летом мы снимали дачу под Лугой в деревне Старые Крупели. Бабуся на веранде рассказывала ребятам страшные сказки, потом все боялись идти по домам. Для меня во дворе насыпали кучу песка. Хозяин приносил нам дрова и воду, а деревенские ребята - ягоды из леса. Варенье варили в большом медном тазу. Бабушку многие называли барыней. В школу меня отдали в 36 году. Повесила в уборной портрет Сталина с Мамлакат, которой я страшно завидовала. Дедушка очень рассердился - и мне попало. У меня было беличье пальто, бабушка тоже выглядела не так, как родители моих одноклассников. В квартире жили одни родственники (революционный матрос, поселившийся здесь после революции, уже куда-то исчез) Помню старинную мебель красного дерева (обычно она стояла в чехлах), картины художников начала века. Мебель в блокаду сожгли, картины обменяли на хлеб. До войны бабушка покупала мне в Торгсине всякую вкусную еду на монгольские тугрики, которые мать присылала из Монголии. До школы меня иногда водили на детские балы, которые устраивали в большом зале в доме графини Орловой (им там, кажется, оставили квартиру). Советские праздники не отмечали, только Рождество, Пасху, именины".

Неизвестно, как долго сохранялась бы у этого поколения уверенность, что они живут в лучшей в мире стране Советов. Все шло к тому, что возможности повзрослеть у них практически не оставалось. Ответственность, самостоятельность, право выбора существовали только на бытовом уровне, да и то дозировано - нормы социалистической морали распространялись и на частную жизнь. Мудрым и взрослым позволялось быть одному-единственному человеку - "отцу народов" - Сталину, остальным "короткие штанишки" полагалось носить до старости. Однако обрушившаяся на страну война разметала очередную "вавилонскую башню". Прямо из-за парты выпускники 40-х годов чуть ли ни целыми классами уходили на фронт. Домой - вернулись считанные единицы. Так получилось, что из детства это поколение было вырвано насильственно, поэтому все, что было до войны, видится им окрашенным в светлые тона. Удивительны, на мой взгляд, не отдельные 70-летние бабули и дедули, выходящие на демонстрации с портретами Сталина и тоскующие по твердой руке, а жизнелюбие этого поколения, его человеческая и гражданская активность. Ведь они, такие, какие есть - со всем своим прошлым - самые ревностные аналитики идущих в стране процессов, самые внимательные читатели газет, слушатели радиопрограмм, зрители телепередач, и не только главный электорат всех выборов, но и основная паства разоренных в годы их детства церквей.


Пчела #28-29 (сентябрь-октябрь 2000)


 



Перейти на главную История создания журнала Адресная книга взаимопомощи Об интересных местах Об интересных людях Времена Многонациональный Петербург Клубы и музыка Прямая речь Экология Исторический материализм Метафизика Политика Правые Левые Благотворительность и третий сектор Местное самоуправление Маргиналии Дети и молодежь Наркозависимые Бывшие заключенные Глухие Слепые Люди в кризисной ситуации Душевнобольные Алкоголики Инвалиды-опорники

© 1996-2013 Pchela

Письмо в "Пчелу"