Референдум: репетиция оркестра



С 27 июля официально начался сбор подписей за проведение первого общероссийского природоохранного референдума. За 3 месяца по стране необходимо собрать не менее 2 миллионов подписей (но не более 200 тысяч в одном регионе). Противники референдума высказывают сомнение, мол, стоит ли тратить миллиарды рублей из кармана налогоплательщиков, чтобы в очередной раз убедиться в том, что граждане России обеспокоены экологическим состоянием страны. Корреспондент "Пчелы" встретился с координатором Санкт-Петербургского штаба кампании Александром Карповым, чтобы узнать его точку зрения на происходящее.


"Пчела": Из-за чего, собственно говоря, разгорелся сыр-бор?

Александр Карпов: Ну, последней каплей, пожалуй, явилась ликвидация Госкомэкологии, фактически единственного федерального ведомства, занимавшегося охраной окружающей среды и контролем за соблюдением природоохранительного законодательства. Одновременно была упразднена Федеральная служба лесного хозяйства (Рослесхоз), отвечавшая за охрану российских лесов. При этом функции упраздненных структур были переданы Министерству природных ресурсов, которое "прославилось" поддержкой проектов, явно нарушающих российское экологическое законодательство, но лоббируемых региональной исполнительной властью. Экологи характеризуют нынешнюю ситуацию так: "поставили лису стеречь курятник".

"Пчела": То есть вы бьетесь за восстановление всей этой "комэкологии"?

- Нет, конечно. Мы отнюдь не стремимся к восстановлению прежнего статус-кво. Мы считаем, что граждане должны проголосовать за то, чтобы экологические приоритеты стали приоритетами государственной политики.

"Пчела": Знаете, это какое-то очень общее утверждение.

- Хорошо, сейчас, я поясню свою мысль. Дело в том, что экологов у нас воспринимают исключительно как некий тормоз, контроль на последней стадии. А это совершенно неправильный взгляд на вещи. Экологические цели должны быть такими же масштабными, как и экономические. Например, мы ставим цель, достичь такой-то величины валового национального продукта. Вот так же мы должны формулировать и экологические цели: воздух должен стать настолько-то чище, здоровье лучше, а био-разнообразие лесов соответствующим образом вырасти.

Впрочем, даже опуская экологическую значимость вопросов, выносимых на референдум, я вижу огромную важность происходящего в том, что мы мобилизуем население на социальное действие, которое вполне может иметь конкретный, и я бы даже сказал, сильный результат.

"Пчела": Что вы имеете в виду?

- Понимаете, наша кампания - это волна социальной активности, которая может дать новые силы общественным объединениям. Многие организации это понимают, и обращаются к нам с предложениями о сотрудничестве. И хотя в штаб входят в основном представители "Сторонников "Гринпис"1 и коалиции "Диалог 21" по городу нас поддерживают около сорока организаций, причем очень разных, не только экологических, например, "Лига избирательниц", "Невский ангел", "Гражданский контроль", "Кедр".

"Пчела": Позади почти месяц работы, можно ли что-то сказать о его результатах?

- Первый результат, с которым мы столкнулись, полностью опрокидывает ранее существовавшие рассуждения всяких социологов и политиков, о том, что экология находятся где-то на десятом месте в ряду проблем, волнующих население. Ничего подобного. Выясняется, что экологические вопросы для людей очень интересны, очень актуальны. Другое дело, что в списке тревожащих вопросов по сравнению с экономической нестабильностью, разгулом криминала, экология как бы отступает на второй план, но это не означает, что люди перестают ею интересоваться, просто интерес к экологии переходит в следующую фазу.

"Пчела": И что это за фаза?

- Строго говоря, этот вопрос нуждается в дополнительном исследовании. Но я бы выделил два момента. Во-первых, люди начинают рассматривать "хорошую экологию", то есть благоприятное состояние окружающей среды, как неотъемлемую часть благосостояния в целом, как составляющую национального благополучия. А вот, допустим, ввоз радиоактивных отходов на территорию России ассоциируется с национальным унижением. Поэтому у нас получается немного парадоксальная аудитория, не ложащаяся ровно на политический спектр: с одной стороны, молодежь, с другой - люди, пенсионного возраста, патриотически настроенные - те, кого зачастую называют прокоммунистическим электоратом. Идея, что Россию превращают в помойку, их чрезвычайно задевает.

"Пчела": А молодежь эта идея не задевает?

- Молодежь национальная идея, по-моему, беспокоит меньше. Скорее, они лучше понимают, что такое радиоактивные отходы. Кроме того, им импонирует деятельность "Гринписа", его "активная жизненная позиция".

Второй результат нашей работы это то, что по сути, мы шаг за шагом создаем эффективно действующую организационную сеть. Сегодня мы используем ее для сбора подписей за референдум, но понятно же, что в случае необходимости ее можно будет потом задействовать для решения какой-то другой общественно-значимой задачи, не обязательно связанной с экологией. При этом я хочу еще раз отметить важность приобретаемого опыта сотрудничества разных общественных организаций в ходе этой кампании.

"Пчела": Чем этот опыт сотрудничества принципиально отличается от уже имевшегося? Или опыта взаимодействия не было вообще?

- Конечно, определенный опыт взаимодействия разных экологических организаций друг с другом имелся. Но то был опыт совместных семинаров, конференций, а сейчас опыт совместной работы - и это совсем другое. Причем нам важно не механическое использование чужой раб.силы, а чтобы каждый нашел свое место в мозаике, реализовал свой профессиональный интерес. А это, в свою очередь, должно привести к выработке у людей более глобального взгляда на картину общественного движения в Санкт-Петербурге, что кто может в этом движении сделать, и, в результате, к созданию той динамической сети, о которой я уже говорил.

"Пчела": Для чего, собственно говоря, такая сеть может понадобиться?

- Ну, смотрите. Чем мы сейчас, по сути, занимаемся? Мы лоббируем определенные социальные изменения. Мы точно также можем провести референдум по петербургским вопросам. Или лоббировать какой-то закон. В конечном счете, мы можем поднять людей на какое-то изменение привычного образа жизни. Хотя это, конечно, гораздо сложнее.

Я хочу особо отметить, что мы открыты для всех организаций, которые захотят к нам присоединиться.

"Пчела": Вы имеете в виду все общественные организации, не только экологические?

- Для экологов в данном случае корпоративный интерес просматривается наиболее явно. Понятно, что в случае неудачи со сбором подписей размажут равномерно всех "зеленых" независимо от того, участвовали они в этом мероприятии или нет.

"Пчела": С какими словами, размазывать-то будут?

- Ну, мол, такие-сякие, только болтать умеют, опять ничего толком не сделали. И это надолго предопределит скептическое отношение ко всем дальнейшим инициативам экологов. Более того, на мой взгляд, неудача может скомпрометировать и все другие общественные организации. Они будут вынуждены напропалую ругать экологов и вовсю отмежевываться от них, мол, мы совсем другие, деловые и прочее. И может быть, в СМИ им даже и удастся отмежеваться. Но дело в том, что средства массовой информации это одно, а доверие населения - другое. А то, что неудача приведет к потере доверия и к еще большей апатии, несомненно.

В каком-то смысле, инициаторы референдума поставили нас в довольно-таки уязвимое положение, в котором мы просто обязаны действовать, но я считаю, что в целом это во благо, и надо использовать этот шанс на полную катушку. Потому что тот эффект, который мы получаем, - отклик людей, обратная связь, новый ресурс, новые сторонники - это потрясающе. Совершенно фантастический, я просто такого не ожидал! Мы как-то поверили, что наши проблемы никого не интересуют. И сами себя стали очень сильно жалеть. А оказалось - ничего подобного. После передачи на радиостанции "Открытый город" телефон четыре часа звонил не переставая!

И сейчас, пользуясь случаем, я обращаюсь ко всем организациям Санкт-Петербурга и области: "Люди, еще не поздно! Присоединяйтесь к кампании за проведение Первого Всероссийского Природоохранного Референдума. Это работа на доброе имя всего третьего сектора!"


Петр Минин


На референдум предполагается вынести три вопроса:

1. Вы за запрет ввоза из других государств на территорию России радиоактивных материалов на хранение, захоронение или переработку?

2. Вы за то, чтобы в России был федеральный государственный орган по охране окружающей среды, отдельный как от органов по использованию, так и от органов по управлению природными ресурсами?

3. Вы за то, чтобы в России была юридически самостоятельная государственная лесная служба?

Всю информацию о том, почему именно эти вопросы и именно в такой формулировке были предложены инициативно группой, можно получить на сайте референдума

http://referendum.ecology.net.ru



Пчела #28-29 (сентябрь-октябрь 2000)


 



Перейти на главную История создания журнала Адресная книга взаимопомощи Об интересных местах Об интересных людях Времена Многонациональный Петербург Клубы и музыка Прямая речь Экология Исторический материализм Метафизика Политика Правые Левые Благотворительность и третий сектор Местное самоуправление Маргиналии Дети и молодежь Наркозависимые Бывшие заключенные Глухие Слепые Люди в кризисной ситуации Душевнобольные Алкоголики Инвалиды-опорники

© 1996-2013 Pchela

Письмо в "Пчелу"