Предыдущая Следующая

комического, но не характер комического. В немецких комедиях есть остроумцы, но нет остроумных характеров. У персонз-жей пьес есть остроумие, но сами они не остроумны. У популярного драматурга Раупаха персонажи сами над собой смеются, лишая зрителей удовольствия посмеяться над ними. Его комики лишь носят маски характеров, имитируют их голос, но не являются тем, чем хотят казаться.

Если в комедиях нет истинного веселья, то зато трагедии до крайности мрачны. Им свойственна слезливость. Немецкие понятия о трагедии Берне иллюстрирует напоминанием о скрипаче Мюллере из «Коварства и любви». Дома он еще способен проявить смелость и грозит выкинуть за дверь Президента, но, дойдя до двери, за которой стоит полиция, оказавшись среди декораций, изображающих дворец, улицу, рыночную площадь, немцы становятся боязливы и застенчивы, торопятся вернуться в тепленькую квартиру, надеть туфли и там сочиняют слезливые трагедийки. Герои немецких трагедий не способны бороться; превыше всего для них их домашний уют, они предпочитают сидеть у теплой печки и непрестанно плакать.

И уж совсем обедняет трагедии цензура. В качестве примера Берне приводит Грильпарцера. Его юная муза была прекрасна, но на гаупвахте цензуры ее разбранили и осудили, и в результате теперь она поникла, побледнела, ходит с заплаканными глазами. За этим образным описанием последствий, какие имели преследования властей на творчество Грильпарцера, следует горькое замечание Берне о том, что в итоге полицейского надсмотра над драмой у писателей возникла самоцензура: «...губительна не та цензура, которая запрещает печатать, а та, которая мешает нам писать; и она действует во всей стране. Мы уже рождаемся цензурированными, и молоко матери тоже цен-зурировано... посадите немца на необитаемый остров, где он будет королем, и то он не сможет писать свободно» (64).

Современные драматурги, утверждает Берне, не знают жизни и не понимают человека. «Настроение они выдают за страсть, порыв страсти — за глубокое чувство, чувства — за мысли, и из этих бесплодных мыслей у них рождается действие» (65). Они изображают в своих пьесах то, что совершенно невозможно в жизни, забывая, что даже если в жизни и случается невероятное, то на сцене ему не место. Берне осмеивает драматурга Адольфа Мюльнера, который в прологе к трагедии «Король Ингурд» (1817) прямо заявлял, что источник пьесы не следует искать в истории, ибо «реальное непригодно для поэзии».


Предыдущая Следующая

 



Перейти на главную История создания журнала Адресная книга взаимопомощи Об интересных местах Об интересных людях Времена Многонациональный Петербург Клубы и музыка Прямая речь Экология Исторический материализм Метафизика Политика Правые Левые Благотворительность и третий сектор Местное самоуправление Маргиналии Дети и молодежь Наркозависимые Бывшие заключенные Глухие Слепые Люди в кризисной ситуации Душевнобольные Алкоголики Инвалиды-опорники

© 1996-2013 Pchela

Письмо в "Пчелу"