Предыдущая Следующая

Новалис, как известно, был поэтом идеального, де-ла Мотт Фуке тоже не вполне близок Гофману. Они нужны ему как воплощения духа романтики в ее чистом виде. Но творчество Гофмана включало не только возвышенное и красивое; оно изображало конфликт между идеальным и пошлым, великим и ничтожным, красивым и безобразным. Поэтому вслед за характеристиками Новалиса и Фуке следует рассуждение о картине, изображающей рождение Шекспира. Шекспир — также образ идеального поэта. «Посредине лежит мальчик с высоким серьезным челом, озираясь вокруг себя ясными, светлыми глазами; его окружают страсти, которые ему служат: отвратительные образы страха, отчаяния, тоски, ужаса наклоняются над ребенком...»

(К. 205). Эта картина истолковывается символически: «смотрите, как природа во всех своих проявлениях подчиняется детской душе, как даже стра.шное, ужасное покоряется ее воле и ее слову, и признайте, что только ей дана эта чудодейственная сила!» (К. 205) Здесь уже достаточно четко определена поэтика самого Гофмана.

общие вопросы драматургии

Основные принципы романтической эстетики переносятся Гофманом непосредственно на драму. Уже известные нам его взгляды на природу искусства и поэзии писатель относит и к театру. «Для искусства нет цели более высокой, чем воспламенять в человеке такую радость, которая избавляет все его существо, как от нечистых шлаков, от всякой земной тревоги, от всякого принижающего гнета повседневной жизни, и возвышает его так, что он гордо и радостно поднимает голову и созерцает божественное, даже приходит с ним в соприкосновение. Возбуждение этой радости, это возвышение до той поэтической точки зрения, которая придает человеку веру в дивные чудеса чисто идеального мира и даже роднит его с ними, причем обыкновенная жизнь в разнообразных и пестрых проявлениях своих просветляется и облагораживается сиянием поэзии,— вот, по моему убеждению, истинная цель театра!» (К. 200)

Театр отнюдь не просто зрелище, украшающее жизнь, помогающее забыть тревоги повседневности. Поэзия театра вводит зрителя в самую сущность жизненного процесса, помогает понять закономерность происходящего. «Без способности созерцать эти проявления жизни не как независимые одна от другой отдельные случайности, брошенные природой словно в бесцельной игре капризного ребенка, но как проистекающие из целого и снова глубоко внедряющиеся в его механизм,— воспринимать их в свой внутренний мир и снова воспроизводить в самых живых красках,—не может быть драматического поэта; без этого напрасно „держать как бы зеркало перед природой, являть добродетели ее же черты, спеси — ее облик, а всякому веку и сословию его подобие и отпечаток"» (К. 200—201) 3.


Предыдущая Следующая

 



Перейти на главную История создания журнала Адресная книга взаимопомощи Об интересных местах Об интересных людях Времена Многонациональный Петербург Клубы и музыка Прямая речь Экология Исторический материализм Метафизика Политика Правые Левые Благотворительность и третий сектор Местное самоуправление Маргиналии Дети и молодежь Наркозависимые Бывшие заключенные Глухие Слепые Люди в кризисной ситуации Душевнобольные Алкоголики Инвалиды-опорники

© 1996-2013 Pchela

Письмо в "Пчелу"