Предыдущая Следующая

Ф. Шлегель задается вопросом: является ли Гете в собственном смысле слова драматическим поэтом, или, как считают многие, его следует отнести по преимуществу к поэтам эпическим? Эпическое начало он замечает даже в драмах Гете, например в столь ценимом им «Эгмонте». Но все же Гете не эпический поэт, точно так же, как нельзя счесть его в полной мере поэтом драматическим. «Чувство,— пишет Ф. Шлегель,— всегда влекло его более к романтическому, чем к собственно героическому; и кажется, что настоящей сферой этого поэта является область романтического в обширнейшем смысле сего слова,— того, которое сочетает во всех возможных степенях и смешениях игру фантазии и остроумия с чувством и размышлениями, пробуждаемыми жизнью в богато одаренной душе» (348).

Упомянув, что некоторые современники уподобляли Гете Шекспиру, Ф. Шлегель признает сравнение верным лишь в том отношении, что немецкий писатель тоже богат идеями, в его пьесах много действия, но, в отличие от великого британца, Гете не сосредоточился на одном роде творчества и не достиг в драме высшего художественного совершенства. Несколько неожиданным выглядит выдвигаемое Ф. Шлегелем мнение, будто Гете можно назвать «германским Вольтером» благодаря остроумию и иронии немецкого поэта; правда, Ф. Шлегель оговаривает, что ирония Гете более добродушна, чем у Вольтера. Свои суждения о Гете Ф. Шлегель заключает утверждением, что Гете из-за расточительной полноты духа, играющего мыслями, «недостает твердого внутреннего содержания» (349)! Ф. Шлегель отмечает также, что, хотя некоторые произведения Гете имеют внешне драматическую форму, по существу они совершенно непригодны для сцены. Едва ли мы

ошибемся, предположив, что он имеет в виду «Геца фон Бер-лихингена» и «Фауста».

Шиллер, пишет Ф. Шлегель, тоже иногда забывал о требованиях сцены, например в «Дон Карлосе», но в целом он «истинный основатель нашей драматической сцены» (349). Ему принадлежит также заслуга создания в Германии подлинно поэтической драмы. Риторические речи его персонажей согла-/ суются с характером созданной им драматургии. Склонность Шиллера теоретизировать по вопросам драмы одобряется Ф. Шлегелем. Осуждая многочисленные бессодержательные изделия современных драмоделов, Ф. Шлегель считает,, что расцвет драмы может быть достигнут только посредством введения в нес глубоких мыслей и значительного исторического содержания. На этом пути п стоял Шиллер, хотя, как считает Ф. Шлегель, в некоторых его драмах исторические сюжеты трактовались недостаточно объективно. Шиллер совершил ошибку, стремясь возродить некоторые элементы античной драмы. Ф. Шлегель не приводит конкретных примеров, но, вероятно, он имеет в виду прежде всего введение хора в «Мессинской невесте».


Предыдущая Следующая

 



Перейти на главную История создания журнала Адресная книга взаимопомощи Об интересных местах Об интересных людях Времена Многонациональный Петербург Клубы и музыка Прямая речь Экология Исторический материализм Метафизика Политика Правые Левые Благотворительность и третий сектор Местное самоуправление Маргиналии Дети и молодежь Наркозависимые Бывшие заключенные Глухие Слепые Люди в кризисной ситуации Душевнобольные Алкоголики Инвалиды-опорники

© 1996-2013 Pchela

Письмо в "Пчелу"