Предыдущая Следующая

Но не забудем, что общественно-политическая ситуация в Германии конца XVIII — начала XIX в. не изменилась в корне: сохранялась государственная раздробленность, буржуазия была слаба, и в народе не было силы для прямой борьбы против отживших социальных установлений. Поэтому немецкие романтики, как до них веймарские классицисты Гете и Шиллер, также уходили в мир эстетической видимости. Только в отличие от той гармонии, какую искали и пытались создать в своих произведениях Гете и Шиллер, романтики создавали воображаемый мир, в котором символически отражались противоречивость и многосложность современного мира и человека.

Романтики создавали воображаемый мир, в котором царила поэзия, мир духовно возвышенной красоты. Человеческая цельность у них проявлялась разве что в энтузиазме, одушевлении страстью в ущерб реальному земному бытию.

романтическая ирония

Следует сразу сказать, что романтизм не был однороден. Так, у Новалиса поэт — существо одержимое, он «творит в беспамятстве» (122). Ф. Шлегель в большей степени признавал права интеллекта и нашел главное начало не в бессознательном, а в сознании. Это получило выражение в его знаменитой теории иронии, типично романтического метода творчества. Ф. Шлегель строит эту теорию на противопоставлении двух видов сознания. В древности идеал воплощался в типах, строго изолированных друг от друга, и им не представлялась возможность свободного развития их своеобразия. Иную картину дает сознание совре-

менного человека, и вот как она рисуется Ф. Шлегелем: «Но переноситься не только рассудком и воображением, а всей душой свободно то в одну, то в другую сферу, как в другой мир; свободно отрекаться то от одной, то от другой части своего существа, сосредоточиваясь на чем-нибудь одном, искать и находить то в одном, то в другом индивидууме все свое содержание, намеренно забывая об остальных,— на все это способен дух, который как бы содержит в себе множество других сознаний, целую систему человеческих индивидуальностей, внутри которого возросло и созрело мироздание, зарождающееся, как говорят, в каждой монаде» (174). Таков, в понимании Ф. Шлегеля, принцип иронии в его применении к действительности; человек оказывается способен свободно переходить из одной сферы жизни в другую. Так разрывается замкнутость человеческого существования.


Предыдущая Следующая

 



Перейти на главную История создания журнала Адресная книга взаимопомощи Об интересных местах Об интересных людях Времена Многонациональный Петербург Клубы и музыка Прямая речь Экология Исторический материализм Метафизика Политика Правые Левые Благотворительность и третий сектор Местное самоуправление Маргиналии Дети и молодежь Наркозависимые Бывшие заключенные Глухие Слепые Люди в кризисной ситуации Душевнобольные Алкоголики Инвалиды-опорники

© 1996-2013 Pchela

Письмо в "Пчелу"