Предыдущая Следующая

Примечательно, что с характеристикой критика-марксиста во многом совпадает и мнение поэта-символиста Александра Блока, который в мрачные годы реакции перевел первую из прославленных драм Грильпарцера «Праматерь». В предисловии к ней русский поэт писал в 1908 г.: «Трагедия души двадцатисемилетнего австрийского поэта понятна до конца только в черные дни, когда старое все еще не может умереть и бродит, жалуясь на усталость и тревожа живых — робко, упрямо, порою музыкально; а новое еще не может окрепнуть, плачет немного неожиданными слезами...»3.

Драматург был отнюдь не наивным мещанином, далеким от политики. Его дневники и записи свидетельствуют о глубоком понимании общественно-политических условий современной ему Австрии. Конечно, Грильпарцер не сразу созрел в этом отношении, но, прожив достаточно долго в условиях реакции «Священного союза», он стал разбираться не только в общих вопросах, но и в тонкостях политики. Особенно замечательна в этом смысле характеристика одного из главарей общеевропейской политической реакции, австрийского канцлера Меттерниха, написанная Грильпарцером в 1839 г.: «Меттерниха ничему не научили ни французская революция, ни испанская и немецкая освободительные войны, и он со своей политикой застрял в том времени, когда кабинеты были начисто изолированы от народов...» (XV, 97) 4

Но этот много понимавший человек десятилетиями молчал о самом главном. «В жизни Грильпарцера,— писал Ф. Ме-ринг,— совершенно отсутствует какое-либо революционное событие, какой-либо революционный порыв, которые мы встречаем в жизни каждого пролагающего новые пути поэта. Он не был низкопоклонником, хотя в одной из своих трагедий дает такую апологию верноподданничества, что даже жалкому деспоту Францу I австрийскому стало при этом не по себе. Но в нем не было никакого намека на бунтовщика, который отвечает ударом, когда собачьи души поступают с ним по-собачьи. Де-

сятки лет жалкая бюрократия калечила его жизнь, заставляя все время копошиться в служебных низах, без всякого протеста с его стороны. Это не искупается даже многочисленными эпиграммами, в которых он, скрывая их от публики, отводил свою чувствительную душу»5.


Предыдущая Следующая

 



Перейти на главную История создания журнала Адресная книга взаимопомощи Об интересных местах Об интересных людях Времена Многонациональный Петербург Клубы и музыка Прямая речь Экология Исторический материализм Метафизика Политика Правые Левые Благотворительность и третий сектор Местное самоуправление Маргиналии Дети и молодежь Наркозависимые Бывшие заключенные Глухие Слепые Люди в кризисной ситуации Душевнобольные Алкоголики Инвалиды-опорники

© 1996-2013 Pchela

Письмо в "Пчелу"