Предыдущая Следующая

Следом за этим Шелли на конкретном примере своей героини определяет сущность интереса, вызываемого драматическими событиями: «Ведь именно беспокойное усердие, с каким люди выискивают самые изощренные оправдания для Беатриче,

чувствуя вместе с тем, что она нуждается в оправданиях; суеверный ужас, с каким они взирают на ее страдания и месть,— именно это и придает драматизм тому, что она перенесла и чтс совершила» (380).

Ситуация ставит героиню перед выбором; зритель, следящий за се судьбой, видит неотвратимый ход событий и должен в своем сознании найти мотивы, оправдывающие или осуждающие героиню. Не только героиня, но и зритель оказываются перед необходимостью выбора с последующей нравственной оценкой совершившегося. Истинными критериями оказываются не догматы религии или морали, а эмоции, испытываемые зрителем (или читателем) трагедии. Они оказываются теми же, какие возникли в сознании народа, сохранившего память о трагической судьбе Беатриче Ченчи.

Характер героини отнюдь не прямолинеен. Шелли поэтически описал ее портрет, увиденный им в Риме. «Гвидо писал ее, когда она находилась в темнице. Но этот портрет всего примечательнее как правдивое изображение одного из прекраснейших созданий природы. Бледное лицо девушки застыло в каком-то печальном спокойствии; видно, что она сражена горем, но отчаяние смягчается выражением терпеливой кротости. Голова ее окутана складками белой ткани, из-под которой выбиваются и ниспадают на шею пряди золотых волос. Черты ее лица поражают изяществом; брови четко изогнуты; губы говорят о пылком воображении и чувствительности, которых не изгладило страдание и, кажется, не сможет уничтожить даже смерть. Лоб высок и чист; глаза, отличавшиеся, по рассказам, поразительной живостью, опухли и потускнели от слез и все же смотрят нежно и ясно. Весь ее облик исполнен простоты и достоинства, что в сочетании с восхитительной красотой и глубоким горем несказанно волнует зрителя. Как видно, Беатриче была одной из тех редких личностей, в которых энергия и нежность уживаются, не вытесняя друг друга; это была натура искренняя и глубокая. Преступления и несчастья, коих она оказалась жертвой и участницей, были точно маска и плащ, в который облачила ее судьба для выступления на жизненной сцене» (381).


Предыдущая Следующая

 



Перейти на главную История создания журнала Адресная книга взаимопомощи Об интересных местах Об интересных людях Времена Многонациональный Петербург Клубы и музыка Прямая речь Экология Исторический материализм Метафизика Политика Правые Левые Благотворительность и третий сектор Местное самоуправление Маргиналии Дети и молодежь Наркозависимые Бывшие заключенные Глухие Слепые Люди в кризисной ситуации Душевнобольные Алкоголики Инвалиды-опорники

© 1996-2013 Pchela

Письмо в "Пчелу"